Книга Милость королей, страница 292 – Кен Лю

Они ждали до тех пор, пока армия Римы не пошла в наступление.

Армия короля Дзато надеялась сбросить пятитысячное войско маршала Мадзоти в реку. Однако солдаты Дасу сражались с яростью, которой не обладала армия Дзато.

Сражение продолжалось весь день, но, когда начали сгущаться сумерки, стало очевидно, что войско маршала Мадзоти одерживает вверх. Наконец ряды армии короля Дзато смешались, и уцелевшие солдаты начали отступать в сторону леса.

Мадзоти стерла кровь с лица и поздравила своих солдат. Победа оказалась не столь впечатляющей, как у Маты Цзинду на Волчьей Лапе, но для ее армии после унизительного поражения в Дзуди имела огромное значение.

Между тем далеко на севере рыбачья лодка Луана Цзиа добралась до Боамы, столицы Фасы.

Фаса была страной скалистых побережий и суровых нагорий на севере, где находилась большая часть фермерских хозяйств, и глубоких долин с фруктовыми садами на юге. Именно в плодородной Фасе овцы славились самой густой шерстью, мясо домашнего скота было самым вкусным, яблоки – хрустящими и сладкими, и их солнечный вкус еще долго оставался во рту.

Свирепые воины Фасы были такими же жесткими, как горы. Они могли перемещаться по холмам быстрее всадников и умели использовать против врага коварное расположение горных пластов и туман, который всегда окутывал вершины. Их техника владения мечом отличалась от техники фехтовальщиков Кокру, но была не менее эффективной, потому что опиралась на непредсказуемость и быстроту ног.

В прошлом врагам редко удавалось совершать успешные набеги на Фасу. Мапидэрэ сумел покорить королевство путем убийств и заговоров, его армия потеряла много солдат, и победа была одержана только благодаря превосходству в численности войска.

Еще одно вторжение в Фасу обойдется захватчикам очень дорого.

Луан не хотел, чтобы Куни или Гин пришлось повторять этот тяжкий путь, орошая его кровью людей Дасу, поэтому он тайно прибыл в Боаму, чтобы попытаться убедить жадного и хитрого короля Шилуэ сдаться.

«Надеюсь, у меня получится».

Дворец в Боаме был построен на берегу, на утесе, нависающем над океаном. Туман плыл по внутренним дворам и переходам, из-за чего возникало ощущение, будто замок парит в облаках.

— Король Куни всегда щедр со своими последователями, – начал Луан. – Разве вы не слышали, как он сумел договориться о возвращении своих генералов Мюна Сакри и Тана Каруконо, в то время как часть его семьи осталась у гегемона? Или вы не знаете, что Тэка Кимо стал герцогом трех островов – Арулуги, Полумесяца и Экофи? Известно ли вам, что маркиз Пума Йему, совершавший набеги именем короля Куни, теперь владеет средствами, о каких могут только мечтать некоторые короли Тиро? Король Куни не жалеет наград для тех, кто сражается за него.

Шилуэ сидел напротив Луана, неспешно жевал устрицы и молча слушал. Туман заполнял зал, и в тусклом свете лицо короля оставалось непроницаемым, а светлые волосы сияли точно вуаль.

— Зато Мата Цзинду всегда относился к своим сподвижникам с подозрением и завистью. Вам известно, что гегемон лишил Пуму Йему титула и земли? Что он обвинил Ноду Ми и Солофи в утрате Гэфики, обращался с ними презрительно и насмешливо до тех пор, пока они с позором не покинули его? Разве вы не видели, с какой неохотой он расставался с печатями, символами власти и как тянул с раздачей сокровищ, добытых для него людьми с риском для собственной жизни? Мата Цзинду не тот господин, на которого можно положиться.