Книга Тайный гость, страница 94 – Анатолий Леонов

Ди поднял над головой светильник, чтобы еще раз убедиться, что в помещении никого постороннего не было.

— Полное дерьмо! – прорычал он раздраженно. – Эти варвары буквально наступают на пятки!

Чтобы успокоиться и взять себя в руки, он пару раз глубоко вздохнул и медленно выдохнул.

— Скажи, цыпленок, – спросил чародей у Марты, – твой дядя точно нам поможет?

— Конечно! – воскликнула девушка и как бы случайно коснулась рукой плеча Эдварда Келли.

Молодой авантюрист вряд ли заметил этот легкий флирт со стороны влюбленной в него девушки, ибо от животного страха при одной мысли о грядущем возмездии у него стучали зубы и дрожали губы. Впрочем, и Марта вряд ли многого ждала от предмета своих воздыханий, с которым за время знакомства не обмолвилась и парой простых фраз. Она лишь грустно вздохнула и перевела взгляд на Артура Ди.

— Конечно, сэр! Мой дядя работает садовником в царских оранжереях. Он спрячет вас, а когда все успокоится, поможет выбраться из России.

— Весьма признателен! – кивнул Ди. – А теперь иди, цыпленок. Плохо, если кто-то тебя увидит с нами.

Девушка насупилась и упрямо поджала губы.

— Нет, сэр, я дождусь вашего ухода!

Некромант безразлично пожал плечами и направился к большому деревянному эркеру, далеко выступавшему за стену дома. Через него удобно было выбраться на крышу, оставаясь незамеченным.

— Как знаешь! – бросил он.

— Благодарю, Марта! – на ходу, не поднимая глаз, буркнул Келли.

Юная Марта буквально зарделась от удовольствия. Первый раз красавчик назвал ее по имени. Она схватила ладонь молодого «философа» и попыталась поцеловать, но тот с силой вырвал руку и, испуганно оборачиваясь, поспешил за старшим товарищем.

Прячась за тюками английского сукна, сие трогательное прощание наблюдал белый как мел секретарь посольства Ричард Свифт. С бесовской ненавистью глядел он на спасающих свои шкуры чернокнижников. До зубовного скрежета, хруста в кулаках и дрожи в коленях хотелось ему разобраться с самозваными магами. Больше всего желал он смерти привлекательному Эдварду Келли, и дело было вовсе не в обязательствах перед голландцем Исааком Массой и не в слове, данном отцу Феоне, а в пожирающем душу чувстве ревности, коим несчастный воспылал, получив неожиданный и оттого еще более обидный отказ от Марты – девушки далеко не безупречных моральных устоев. Уязвленное самолюбие требовало жестокой мести!

Как только беглецы выбрались из окна и, осторожно передвигаясь на четвереньках, направились к деревянной галерее бокового крыльца, ведущей на второй этаж здания, Свифт, незаметно выглянув из окна соседнего эркера, снял с крыши ближайшую к себе черепицу и, перевернув как салазки, пустил ее вниз. Крепкая голландская черепица заскользила по крутой крыше с изумительным грохотом и, ударившись о каменную отмостку, разлетелась на куски, переполошив находившихся внизу стрельцов.

— Вот они! По крыше уходят!

— Стрели их, Васька! Не боись! По жопам бей!

Раздался первый выстрел из пищали, за ним еще два. Шедший сзади Келли вдруг взвыл высоко и протяжно, схватился за бедро и кубарем скатился по крыше на деревянную мостовую. Удар о землю напоминал шлепок свиной туши о разделочный стол, но Келли выжил и даже не потерял сознание. Белая кость сломанной голени торчала из разорванных панталон, заставляя его вопить во все горло то ли от страшной боли, то ли от дикого ужаса.