Книга Темные гастроли, страница 28 – Валерий Шарапов

Губанов порылся в бумагах, лежащих на столе. Достав три листа, он разложил их на столе перед Малгаджаровым.

— Вот тебе живой пример, — сообщил он и ткнул пальцем в первый лист. — Что ты тут видишь, стажер?

— Мужчина сорока — сорока пяти лет. Волосы с проседью. Над бровью белый шрам, — старательно прочитал Малгаджаров.

— А теперь смотри сюда, — приказал Губанов и подтолкнул к стажеру второй лист.

— Мужчина тридцати лет. Волосы русые. Над бровью шрам, — послушно прочитал Малгаджаров и поднял на Губанова недоумевающий взгляд. — Это что же получается… — начал он, но Губанов его остановил.

— Погоди, стажер, это еще не все. — Он убрал первые два листа и показал стажеру третий. — Читай, не стесняйся.

— Мужчина, возраст не определен. Цвет волос русый или шатен. Над бровью… — Малгаджаров остановился. — Что это? Снова шрам?

— Вот именно, — торжествующе произнес Губанов. — И что у нас выходит, стажер? Банда налетчиков, и у всех шрам над бровью? Или же свидетели что-то напутали? Возможно, шрам только у одного, но тогда у кого именно? У шатена, русого или седого? А может, шрама нет ни у кого, а свидетели лишь повторяют то, что услышали от собратьев по несчастью? И как нам вычислить, кто из них говорит правду?

— Об этом я как-то не подумал, — Малгаджаров с озадаченным видом покачал головой. — И что же теперь делать со всеми этими показаниями?

— Хороший вопрос, стажер. Очень хороший. — Губанов улыбался. — Так что же делать?

— Я в замешательстве, товарищ капитан, — честно признался Малгаждаров. — Нам что, вообще не стоит опрашивать свидетелей?

— Опрашивать, Малгаджаров. Обязательно опрашивать, — вступил в разговор Девяткин. — Чем больше людей мы опросим, тем лучше. А вот после того как будут опрошены все, садиться и штудировать протоколы.

— Но как нам узнать, у кого из нападавших шрам? — задал практический вопрос Малгаджаров.

— Может, и ни у кого, — хохотнул Губанов.

— Скорее всего, шрам все же есть, — игнорируя реплику капитана, заметил Девяткин. — Если восемьдесят процентов опрошенных, упомянувших про шрам, сходятся на том, что он был у седовласого, значит, у него он и есть.

— Так просто? — удивился Малгаджаров. — Тогда это простая арифметика.

— Не всегда все так просто, — охладил его пыл майор. — Бывает, что арифметика в нашем деле бессильна и полагаться стоит на интуицию или же на житейский опыт. — Помолчав, он добавил: — На сегодня уроков хватит. Пора приступать к работе. Докладывай, Губанов, что вы успели накопать?

Четыре часа оперативники работали с бумагами: разбирали протоколы опросов свидетелей, сопоставляли данные, изучали улики, рапорты криминалистов и судмедэкспертов. Они просмотрели данные дактилоскопических исследований, трасологические экспертизы следов обуви и оружия, просмотрели все имеющиеся фотоснимки площади с разных ракурсов. Когда закончили работу с собранными материалами, майор поставил перед каждым оперативником задачу на ближайшее время и распустил группу. Сам же отправился на доклад к полковнику Яценко.

У Яценко он пробыл чуть больше четверти часа: полковник хотел знать все подробности, а на это требовалось время. Покончив с формальностями, он вызвал служебную машину и попросил водителя отвезти его к театру. Дорога не заняла много времени, и к трем часам Девяткин уже выходил из автомобиля, припаркованного у центрального входа в парк.