Книга Горячее Белое море, страница 54 – Николай Свечин

Последняя компания попала под подозрение, поскольку ее новому владельцу фамилия была — Пальм. Возможно, шпионы купили русский торговый дом у наследников умершего предпринимателя, чтобы скрыть свои германские корни.

Восемнадцать компаний! В них трудятся сотни работников. Каждый день они являются на пристани перегрузочных районов и заведуют там приемом и перевалкой. Завоз товаров гражданского назначения в Архангельск давно запрещен, чтобы не мешали поставкам для оборонных нужд. С утра до вечера приходят пароходы, их трюмы очищают от аэропланов, боеприпасов, винтовок и пулеметов, материалов стратегического характера, станков, металла, военного снаряжения. Взамен грузят зерно, лен, кожи, пилолес и пушнину. Работы не останавливаются и ночью. Множество людей причастны к секретным поставкам. И любой из них способен законным образом прийти на нейтральный пароход, капитана которого купила германская разведка, и сунуть ему в карман график конвоев с русской пехотой. Не уследить за всеми ними, нечего питать себя иллюзиями. Пусть уж украдут липовый документ и перешлют в Берлин. Скорее всего, графиков доставят по разным каналам несколько, для перепроверки. И вариант Аусзеера только один из них, а не единственный.

Рассуждения питерцев прервало появление Алексея Никифорова. Городовой сыскного отделения был прикреплен к командированным. Несколько раз они втроем обошли криминальные места: окраины Кузнечихи, Кегостров, железнодорожный городок в Исакогорке, хибары Соломболы за Датской улицей и вокруг кладбища, притоны Вельской улицы и поселки вокруг многочисленных лесопильных заводов Маймаксы. Даже сплавали в Выселки, что напротив Соломболы, и Никифоров накрыл там торговлю спиртом, украденным с английского парохода «Манчестер». Возле борделя «Новый Свет» трое сыщиков стали свидетелями большой драки между военными моряками и солдатами 14-й Архангельской пешей дружины. Пехота сперва одерживала верх, но к морякам подошло подкрепление — Восьмой рабочий экипаж Архангельского военного порта. Соединенные силы успешно погнали противника к синагоге. Когда явилась полиция, на поле боя остались только раненые, которых и взял в плен пристав Второй части Полищук. Он же сообщил питерцам, что такие бои происходят перед домом терпимости чуть не каждый вечер. Надо бы выставить тут пост, но сил не хватает. Вторая часть на бумаге самая большая: 50 городовых и 6 околоточных надзирателей. Но поэтому из нее направляют в командировки — к жандармскому управлению, к канцелярии главнача, к полицейскому обеспечению Бакарицы и Экономии. И в итоге налицо оказывается людей в обрез.

— Ваше высокородие, — обратился Никифоров к старшему в чине, — вас зовет к себе господин полицмейстер.

— А что случилось?

— К нему явились двое военнообязанных германских подданных. Их выслали из Петрограда в Вятку, а они оттуда сбежали.

— Сбежали, а теперь добровольно явились с повинной?

— Выходит так.

— Деньги кончились, они и оголодали, — предположил Сергей. Но Никифоров добавил:

— Пришли двое, а всего их четверо. Остальные два «михеля» прячутся на острове против завода братьев Рыниных. Это на двенадцатой версте от Архангельска. Хотят сесть на норвежский пароход «Арфин-Ярл» и уплыть за границу. Уже с капитаном сговорились.