Книга Горячее Белое море, страница 56 – Николай Свечин

— Благодарим вас, ваше высокородие! Скорее бы закончилась эта проклятая война… Мы немцы и жили с русскими душа в душу, я в Звенигороде, Фридрих в Москве. Зачем нас натравили друг на друга?

Когда германцы ушли, Станислав Петрович воскликнул:

— Я сам поеду их арестовывать! Ишь, шпионы… В порошок сотру.

— Благоразумнее будет поручить это сыскным, — осадил его Лыков. — Когда вы в последний раз участвовали в задержаниях?

— Пять лет назад, в должности красноуфимского исправника. Или шесть?

— Вот видите? Лучше мы с Локтевым, Никифоровым и еще парой городовых навестим эту вашу Белогорскую кошку. Дайте им надлежащее распоряжение. Нам понадобится катер.

— Я организую.

Полицмейстер вызвал к себе начальника сыскного отделения и приказал произвести арест двух беглецов из числа германскоподданных. Командированные им помогут. Локтев выслушал приказ молча, кивнул и повел питерцев к себе.

— Оружие при вас? — спросил он первым делом.

Азвестопуло громко объявил:

— Фокус-покус!

После чего провел рукой по бедру, и в руке у него вдруг появился браунинг.

— Оп-ля!

Мгновенно пистолет исчез обратно в кармане. Лыков просто похлопал себя по боку.

— Оба при оружии? — уточнил губернский секретарь. — Мне ехать с вами?

— Не нужно, Василий Григорьевич, дайте нам Никифорова и еще кого-нибудь.

— Господин полицмейстер велел произвести арест мне.

— Не вам лично, а вверенному вам отделению, — напомнил коллежский асессор. — Стоит ли мараться из-за каких-то там драных бошей?

Но Локтев все-таки увязался с ними. Прихватили Никифорова и надзирателя Юрьева, всего в арестной команде сошлось пять человек. Дирекция гражданского порта выделила им катер «Ветерок».

Пока плыли, Алексей Николаевич поинтересовался, что такое «кошка». Ему ответили, что так в Архангельске называют отмельные острова в русле Северной Двины. Некоторые из них кочуют: река во время ледохода сносит их и перетаскивает на другое место. Но есть большие кошки, часто они соединены с берегом и образуют фактически полуостров. На таком стоит лесопильный завод братьев Рыниных. Вокруг небольшой поселок, а еще есть незаконно построенные хибары, где обитает всякий сброд. Там, видимо, и нашли себе приют беглецы. Как их отыскать — вопрос. Полицию в России нигде не любят. Обычного фартового, скорее всего, выдавать бы отказались. Но тут шпионы, на этом нужно сыграть.

Когда полицейские высадились на острове, на них первым делом напали собаки. Их было пять, злые, лохматые. Архангельские сыщики взялись за револьверы, но Лыков вышел вперед, цыкнул, и свора разбежалась без боя.

Команда двинулась наугад, обходя лесопильный завод с юга. Вскоре им попался хмельной пролетарий в картузе с полуоторванным козырьком. Локтев взял его за плечо:

— Сухой закон, а ты херый^[68]. Где взял?

— Не твое дело, — огрызнулся тот. — Где взял, там уж нет.

Лыков снял с пильщика картуз:

— Вот-вот козырек отвалится. Хочешь новый купить?

И хрустнул в кармане банкнотой.

— Эта… а что?

— Держи канарейку^[69].

— Благодарствуйте.

Пьяница обратился к начальнику сыскного отделения:

— Во как надо с людями разговаривать! Учись.

Алексей Николаевич спросил небрежно:

— Где тут у вас два немца прячутся? Один здоровый такой.

— А, эти? Вон тропинка от пристани к старому пах… пах…

— Пакгаузу?