Книга Горячее Белое море, страница 68 – Николай Свечин

— На Мурмане о нем никто из наших не знает?

— Знает один человек, поручик Изжогин.

— Начальник пункта Мурманского управления жандармской железнодорожной полиции?

Лыков кивнул:

— Дороги еще нет, а пункт уже есть. Это нам на пользу.

— Что мы должны сделать до отплытия? — Сергей взялся за свой блокнот.

— Проследить за тем, чтобы Тит Хабаев передал радий Аусзееру. Я подумал-подумал и согласился с тобой: пусть это произойдет под нашим надзором. Мало ли что? Фридовский потерял вкус к службе…

— Ага… — коллежский асессор записал коротко: «радий».

— Я, кстати, понял, почему полковника фон цу Бреде вдруг решили вернуть на Родину, — развеселился Алексей Николаевич. — Ты не задумывался? Сидел он себе в нашем плену два года, и никого это особо не беспокоило. И вдруг приказ кайзера: срочно организовать побег!

— И почему?

— Вот здесь прочти, — шеф сунул помощнику номер «Северного утра». Тот прочитал вслух заметку на предпоследней странице:

— «В штате Колорадо найдены залежи карнотита со значительным содержанием радия. Горное бюро САСШ^[79] научилось его извлекать, работают несколько фабрик. Вследствие этого цена на радий снизилась в четыре с половиной раза». Ну а при чем здесь мы?

— Не мы, а они, — поправил статский советник. — Еще совсем недавно один грамм радия стоил полмиллиона рублей. Фунт шел за двести миллионов! Колоссальные деньги. Фон цу Бреде оперировал этими цифрами и обогатился. Но вот он оказался в плену, а за океаном тем временем нашли новые залежи подходящей руды. Ее в мире очень мало. Мария Кюри, которая долго работала с радиоактивными элементами, добыла радий из смоляной обманки — «пехбленде» — в месторождении Иоахимсталь в Чехии. Трудилась двенадцать лет, чтобы получить крупинку чистого материала.

— А для чего он нужен? Давно хочу спросить.

— На самом деле ученые пока не придумали, для чего им нужен радий. Редкий, дорогой, трудный в добыче и хранении… Видимо, в будущем ему найдут применение, которое окупит огромные затраты. Пока же он применяется в лучевой терапии, им лечат опухоли. Еще радий в мизерных дозах включают в состав некоторых продуктов и бытовых предметов; считается, что он полезен. Крем для лица, зубная паста, светящиеся циферблаты к часам, даже хлеб и шоколад им начиняют.

Азвестопуло продолжил мысль шефа:

— Вы полагаете, что полковника Бреде возвращают домой из-за изменения цены на радий? Какая тут связь?

— Простая. Как говорят американцы — бизнес! Обладание запасами ценного металла является национальной задачей. Вдруг завтра радию найдут настоящее применение? А у германцев он накоплен. Лучше всего с ним умеет работать Бреде, поэтому сейчас не время ему сидеть в русском плену. Пусть приезжает домой и вклинивается в международную торговлю радием. Купит сколько сможет, пока цены упали в четыре с половиной раза. Месторождение в Колорадо может истощиться, и цены опять полезут вверх.

— Но постойте! — возмутился Сергей. — Война. Германия висит на волоске, решается ее судьба как великой державы. Какое к черту Колорадо?!

— Ты мелко мыслишь. Не заглядываешь в послезавтра. А серьезные промышленники думают иначе. И потом, забыл поговорку? Кому война, а кому мать родна. Простые люди гибнут миллионами, а богатого промышленника вытаскивают из узилища, чтобы он навестил Америку.