Книга Узел, страница 113 – Николай Свечин

Тело обнаружили три дня назад, случайно. Мальчишки катались на лыжах возле Гефсиманского скита под Сергиевым Посадом. Они проезжали мимо Корбушинского пруда, заметили прорубь и решили поглядеть, видно ли в воде рыбу. А разглядели такое, что сразу побежали к родителям. Отец одного из ребятишек сходил и убедился, что на дне лежит что-то похожее на человеческое тело. Он обратился к уряднику. Служивый отмахнулся и велел не беспокоить начальство глупостями. Мужик не унялся и пошел к становому. Полиция прибыла на пруд, когда прорубь уже подернулась льдом. Тот же упорный крестьянин взломал ее, и в результате из воды достали обезглавленный труп. Неизвестный мужчина средних лет, ухоженный, видно, что из благородных. Обнаружилась и особая примета: родимое пятно ромбовидной формы на левой ягодице…

В Сергиев Посад выслали полицейскую труповозку. Вечером Лыкову сообщили: жена Зборомирского опознала тело мужа.

Осталось загадкой, как преступники убедили директора снять со счета в банке почти все деньги. Видимо, посулили хороший гешефт, заманили в ловушку и убили.

Дознание описало круг и вернулось в исходную точку. Тугаринов сбежал, личность Князя по-прежнему не установлена. Но Алексей Николаевич не унывал, он ждал звонка из тюрьмы. И дождался.

Рано утром ему телефонировала старшая надзирательница и сказала, что нужно приехать. И кое-что с собой прихватить. Коллежский советник сунул в бумажник четыре сотенных билета и отправился на Таганку. Они заперлись в кабинетике, тетка протянула ему клочок бумаги. Там измененным почерком было написано: «Сказала про инженера. Теперь твоя очередь. Вытащи меня отсюда».

— Ну и что? – спросил сыщик. – Как мне этим распорядиться?

— Запишите адрес, по которому я должна доставить записку.

Алексей Николаевич вынул «регуляр»^[43] и блокнот.

— Столешников переулок, меблированные комнаты «Ливерпуль», Климу Севастьяновичу Калабухову.

Вручив тетке честно заработанные ею деньги, питерец помчался в МСП. Опять туда приехали Стефанов и Запасов, опять начали готовить арест. Столешников – место людное, не приведи господь Тугаринов начнет стрелять. У сыщиков в «Ливерпуле» был на связи человек. Его вызвали и велели установить личность Калабухова. Тот рассказал: мужчина средних лет, длинноволосый, вежливый. Поселился второго дня, из номера выходит редко, ведет большую переписку. Не иначе, комиссионер.

— Длинные волосы – это парик, чтобы рваное ухо прикрыть, – догадался питерец. – Наш Змеюка. Не спугнуть бы его, господа.

Брать «ивана» решили в три часа утра. Вдруг проспит? Однако замысел не удался. Тугаринов не спал. И когда услышал возню у двери, начал стрелять. Городовой второго разряда Винтовкин получил пулю в грудь и умер почти сразу, еще одного служивого тяжело ранило в бедро. Полицейские стали было палить в ответ, но изнутри вновь бабахнуло, после чего наступила тишина. Когда вошли в номер, негодяй лежал с револьвером в руке. Он выстрелил себе в рот, пуля разнесла затылок.

«Иван» ушел на тот свет и унес с собой все секреты. Как теперь искать Князя? Лыков сидел в кабинете начальника сыскной и думал. Тут питерцу сообщили, что его хочет видеть какая-то женщина.

Он вышел – и на него сразу бросились. Мелькнуло яростное лицо Швенцеровой. Она попыталась ткнуть питерца ножом в живот. Тот машинально отбил удар и кинулся обратно в кабинет. Фурия ворвалась следом и принялась гонять коллежского советника вокруг стола. Тот все не мог изловчиться и получил два или три укола в спину. Наконец он свалил под ноги женщине стул, та оступилась, и сыщик вырвал у нее нож. Прибежали надзиратели и окончательно обезвредили вдову. Она билась в истерике и кричала: