Книга Грело. Гаспар де Марсан. Том I, страница 108 – Александр Шевец

Возле боковой стены обители стоял длинный стол. Два молодых послушника раздавали хлеб и густую похлёбку. Через несколько минут Доминик подошёл туда сам, помог пожилому мужчине сесть, затем долго разговаривал с женщиной, у которой заболел ребёнок. Он подозвал одного из послушников, велел найти лекаря и передал ему несколько монет.

Гаспар остановил человека, собиравшего пустые миски.

— Он всегда этим занимается? — спросил де Марсан, кивнув в сторону Доминика.

Мужчина проследил за его взглядом.

— Чем именно?

— Хлеб, лекарства, помощь людям.

Собеседник пожал плечами.

— Почти каждый день. Зимой больше.

— Деньги обители?

— Иногда. — Мужчина усмехнулся. — Иногда свои. Иногда вытрясет из тех, кто приходит слушать проповедь и забывает, что милостыня тоже существует.

Гаспар снова посмотрел на священника.

— Ясно.

— Вы раньше его не слышали? — спросил мужчина.

— Нет.

— Приходите ещё.

Де Марсан поправил плащ.

— Возможно.

Он ушёл с площади без особого желания возвращаться и без всякого основания объявлять Доминика опасным человеком. Это раздражало чуть больше, чем если бы проповедник оказался обычным крикуном.

До вечера Гаспар ещё долго ходил по городу. В одном квартале он услышал, что Анри продался сторонникам новой веры. Через две улицы женщина у колодца ругала короля за то, что тот слишком много уступает старой церкви. Возле ремесленных мастерских несколько человек вообще не знали, что произошло в Валоне, но почему-то были уверены, что из-за этого снова повысят налоги.

Чем больше Гаспар слушал, тем меньше получалось сложить услышанное в одну аккуратную картину.

Пожалуй, это и было самым полезным итогом дня.

В Бельрив он вернулся уже после заката. В Бельрив он вернулся уже после заката. Сначала поднялся к себе переодеться, затем отправился к королю. Через несколько минут двор снова видел того человека, которого привык видеть рядом с королём.

Анри ждал в малом кабинете. Леклер тоже оказался там и просматривал бумаги возле окна. Когда дверь открылась, король поднял голову.

— Ну? — спросил он.

Гаспар бросил колпак на свободное кресло и сел напротив.

— У тебя нет одной столицы.

Анри приподнял бровь.

— Уже не нравится начало.

— У тебя их примерно двадцать, — продолжил Грело, вытягивая ноги. — И каждая уверена, что говорит от имени остальных.

Леклер отложил бумагу и повернулся к нему.

— Конкретнее.

Гаспар кивнул.

— Торговцы боятся, что перекроют дороги. Ремесленники спорят о молитвенных домах ровно до того момента, пока не вспоминают о цене хлеба. Возле церквей обсуждают Сен-Жера, хотя половина людей его вообще не слышала. А один торговец уверен, что в Валоне двадцать убитых.

Анри нахмурился.

— Двадцать?

— К завтрашнему утру будет сорок, — ответил Гаспар.

Король откинулся на спинку кресла.

— Полезное исследование.

— Восстания завтра не будет, — продолжил де Марсан уже серьёзнее. — Большинство просто хочет, чтобы люди перестали бить друг друга и не мешали работать. Но вера становится удобным объяснением любой обиды на власть. Налог высокий — король забыл Бога. Чиновник хам — король окружил себя негодяями. Открыл молитвенный дом — предал церковь. Закрыл бы — другая половина сказала бы, что предал собственный указ.

Анри коротко усмехнулся.

— Хорошо знать, что выбор у меня всё-таки есть.