Книга Грело. Гаспар де Марсан. Том I, страница 176 – Александр Шевец

— Вам, Гарен.

Молодой человек сглотнул.

— После весны — да.

— Почему после весны?

Староста попытался вмешаться:

— Потому что его новый управляющий решил…

Анри поднял ладонь, не сводя глаз с кузнеца.

— Я спрашиваю его.

Гарен переступил с ноги на ногу.

— Весной поймали троих наших.

— За чем?

Кузнец ненадолго прикрыл глаза.

— Рубили деревья.

Староста раздражённо выдохнул:

— Два дерева, государь.

Гаспар повернулся к нему.

— Вот и единичный случай уже размножился.

— Нам нужны были балки, — объяснил староста. — После зимы у двух домов просели крыши.

Анри посмотрел на него.

— И поэтому вы решили, что грамота разрешает то, чего в ней нет?

— Нет, государь. Но управляющий после этого закрыл лес для всех. Даже сухие ветви теперь нельзя вынести. Наших женщин прогоняют, у двоих забрали вязанки.

Секретарь нашёл в бумагах ещё один лист.

— Есть ответ от управляющего де Мерваля. Он утверждает, что жители систематически рубят молодой дуб и прикрываются правом на валежник.

Гаспар перевёл взгляд на третьего мужчину, который до сих пор не произнёс ни слова.

— А вы кто?

Тот слегка поклонился.

— Пьер Дюран, государь. У меня две лошади. Иногда вожу дерево из леса.

— Иногда? — переспросил Гаспар.

Дюран посмотрел на него, потом на короля и, похоже, решил, что осторожный ответ только привлечёт лишнее внимание.

— До запрета возил часто.

— Живые деревья?

— Когда платили — возил и живые.

Староста резко повернулся.

— Пьер!

Дюран развёл руками.

— А что? Они всё равно спросят.

Анри положил ладонь на старую грамоту.

— Кто платил?

— Люди из деревни, — ответил Дюран. — Иногда из соседней.

Король перевёл взгляд на старосту.

— Значит, речь уже не только о двух крышах.

Мужчина сжал губы и после короткой паузы всё-таки кивнул.

— Были нарушения.

— Это немного отличается от «мы живого не рубим».

— Да, государь.

Гаспар снова отошёл к окну. Свою часть он сделал: заранее приготовленная версия рассыпалась, и теперь Анри мог разбираться не с прошением, а с тем, что произошло на самом деле.

Король перечитал грамоту.

— Управляющий имеет право ловить тех, кто рубит живые деревья, и требовать возмещения. Но запрещать всей деревне пользоваться тем, что грамотой разрешено, только потому, что часть людей нарушила условия, он не может.

Староста сразу поднял голову.

— Значит, лес откроют?

— Для валежника и сухостоя — если грамота подлинная и до сих пор действует. Живой лес — нет.

— А забранные вязанки?

Анри повернулся к секретарю.

— Запросить у Мерваля список взысканий после весны. Если брали плату или имущество у тех, кто собирал разрешённый сухостой, вернуть. За незаконную рубку пусть взыскивают отдельно.

Кузнец Гарен впервые за всё время немного расслабился.

Староста поклонился.

— Благодарю, государь.

Анри остановил его движением руки.

— Заодно передайте людям Фонтена: если после этого в лесу снова найдут свежие пни, следующее прошение я буду читать уже менее терпеливо.

Гаспар с подоконника добавил:

— Особенно если дуб опять окажется сухим только после двадцатого удара топором.

Гарен не удержался и усмехнулся. Староста посмотрел на него сердито, но спорить перед королём не стал.

Когда трое вышли, Анри бросил на Гаспара короткий взгляд.

— Ты специально выбрал самого молодого?

— Он плохо врал.

— Староста тоже.