Книга Подонок. Заберу тебя себе, страница 16 – Мария Кац

Провожу ладонью по плечу. Рана ещё вчера почти не беспокоила, пока в мотеле не пришлось раскладывать по коридору двух её новых друзей.

— Вчера, пока твою задницу спасал, рана разошлась.

Улыбка с её лица исчезает моментально.

— Рана? Это серьёзно? Может, к врачу.

Блять, вот зачем она про врача заговорила. Мозг на неё уже беленький халатик надел. Пиздец.

— Ничего серьёзного. Зашили уже. Доктор сказал три дня обрабатывать и менять повязку.

Алёна хмурится, явно пытаясь понять, какое отношение всё это имеет к ней.

Никакого. У меня обе руки на месте, врачи тоже никуда не делись. Но вчера я дважды вытащил её из дерьма. А пять минут назад окончательно понял, что Золушка не умеет жить с мыслью, что кому-то что-то должна.

Грех не воспользоваться.

— Будешь долг обрабатывать, — она тут же напрягается. — Перевяжешь, обработаешь рану. И свободна.

Вижу буквально по лицу, как первое желание послать меня нахер постепенно сталкивается с её проклятым воспитанием.

Ебать, как просто.

— Я завтра вечером уже уезжаю.

— Вот утром и подлатаешь меня.

Она несколько секунд молчит, явно прикидывая, во что опять ввязалась.

— И это всё?

— Всё, — спокойно подтверждаю, и она даже облегченно выдыхает.

— Хорошо. Если действительно просто перевязать, я помогу. Во сколько нужно прийти?

— В десять. Адрес скину.

Алёна кивает, поправляет сумку и наконец идёт к выходу.

Золушка действительно не умеет быть обязанной.

Достаточно напомнить ей, что ты для неё сделал, и она сама начинает искать способ расплатиться.

Удобно.

Особенно когда у меня осталось всего несколько дней и совершенно конкретные планы на её счёт.

Алёна

— Что значит задержаться, мам?

Начинаю расхаживать по номеру, нервно накручивая на палец прядь волос.

Я-то надеялась уже уехать. От свадьбы. От чужих багажников. От подозрительных машин, вооружённых мужчин и одного конкретного мужчины, который пугает меня до кончиков пальцев. А ещё каким-то образом за два дня успел дважды меня спасти, проверить мой телефон, заставить смотреть какие-то записи и теперь ещё собирается использовать меня вместо медсестры.

— Не делай из этого драму, Алёна, — мама сразу вздыхает. — У тёти Марины там какая-то проверка началась, она зашивается, а парень, который обычно помогает ей с документами, срочно уехал. Вернётся только недели через две. Я сказала, что ты пока можешь его подменить.

Я останавливаюсь посреди комнаты.

— Мам, ты серьёзно сейчас?

— А что такого? Ты первый курс закончила. Тебе самой полезно будет посмотреть документы, разобраться, как всё в жизни работает, а не только в учебниках. И Марине помощь. Две недели пролетят незаметно.

— Две недели?!

Мама будто вообще не понимает причины моего возмущения.

— Алён, ну что за трагедия? Потом молодые вернутся, тоже будут на подхвате. Может, к тому времени и сотрудник уже выйдет. А для тебя это вообще прекрасная практика. Сама подумай! Такая возможность.

Я медленно прикрываю глаза. Ага, возможность поработать бесплатно в каникулы.

— Мам, у меня сегодня вечером поезд.

На том конце возникает короткая пауза. И мне сразу не нравится эта неприятная тишина.

— Я билет уже отменила.

— Ты что сделала?

Я сжимаю губы и снова начинаю ходить по номеру. Вот теперь обидно. Потому что это не капризы. Я просто хочу домой. В свою комнату. К своему коту. К нормальной жизни, где максимум неприятностей — пропущенная пара или мама, которая опять переставила мои вещи и потом уверяет, что ничего не трогала.