Книга Развод. Грязными ногами по душе, страница 12 – Данна Леднива

Я кладу их в ящик комода, в отдел для мелочей — туда, где лежат запасные пуговицы, батарейки и скрепки. Закрываю ящик.

И начинаю ждать.

Я не знаю, чего жду. Я не знаю, что буду делать, если найду что-то ещё. Я просто жду. Как человек, который услышал странный звук в стене и теперь прислушивается каждую ночь. Звук может быть ничем — трубой, мышью, ветром. Но ты уже не можешь не слушать.

Проходит неделя. Ничего не происходит. Олег приходит домой, ест, смотрит телевизор, ложится. Мы разговариваем — о Кирилле, о счетах, о ремонте крана в ванной. Обычные слова. Обычные паузы. Обычная пустота между ними.

На работе — то же самое. Елена приносит кофе. Улыбается. Спрашивает, как прошёл выходной. Я отвечаю — нормально. Она кивает. Я смотрю на её волосы — тёмные, до плеч, собранные в хвост. Чем? Чёрной резинкой. Обычной, без бусин. Или с бусинами? Я не могу разглядеть. Я не хочу разглядывать.

Я говорю себе: хватит. Ты сходишь с ума. Это резинки. Это просто резинки. У половины женщин в офисе такие резинки. У половины женщин в городе. Это не улика. Это мусор.

Но я не выбрасываю их из ящика.

Возможность появляется через десять дней.

Суббота, утро. Олег дома. Кирилл у репетитора — я отвезла его в девять, вернулась в десять. Олег сидит на кухне, пьёт кофе, читает новости на телефоне.

— Я в душ, — говорит он, вставая.

— Хорошо.

Он уходит в ванную. Я слышу, как включается вода. Шум — громкий, ровный, как белый шум. Он будет там минут пятнадцать, не меньше. Олег моется долго, по-армейски — тщательно, методично, как будто смывает с себя что-то, что не смывается.

Я сижу на кухне. Смотрю на его телефон — он лежит на столе, экраном вниз. Я не трогаю его. Я не могу — у него отпечаток пальца, я не разблокирую. Но рядом с телефоном — его старый планшет.

Планшет — iPad, которому лет шесть. Экран треснут в углу. Олег использовал его раньше для работы, но потом перешёл на ноутбук. Сейчас планшет лежит на полке в гостиной, заряжается, и я знаю — я точно знаю, — что он синхронизирован с его телефоном. Он говорил об этом когда-то, когда настраивал облако: «У меня всё дублируется, если телефон потеряю — ничего не пропадёт».

Я смотрю на планшет.

Вода в ванной шумит.

Я встаю. Беру планшет. Он тёплый — только что с зарядки. Нажимаю кнопку. Экран загорается.

Запрос пароля.

Я ввожу 1984 — его год рождения. Не подходит. Ввожу 1985 — мой. Не подходит. Ввожу 2009 — год свадьбы. Не подходит.

Вода шумит. У меня ещё минут десять.

Я думаю. Что он мог поставить? Он не креативный человек. Он не ставит сложные пароли. Он ставит то, что помнит.

Я ввожу 0505 — день рождения Кирилла.

Подходит.

Экран открывается. Я вижу иконки — стандартные, ничего лишнего. Почта, календарь, заметки. И мессенджер. Тот самый, который синхронизирован с телефоном.

Я нажимаю на иконку. Руки не дрожат. Я удивляюсь этому — я думала, будут дрожать. Но нет. Руки ровные. Голова ясная. Я — в режиме. В том самом режиме, в котором я работаю на совещаниях, когда нужно принимать решения за секунды. Эмоции — потом. Сейчас — факты.

Мессенджер загружается. Список чатов. Я пролистываю — рабочие, семейные, чат с матерью, чат с бывшими сослуживцами. И — третий сверху — чат без имени. Просто номер телефона. Но я знаю этот номер. Я видела его в контактах Олега, когда он звонил мне с чужого телефона год назад.