Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 275 – Евгений Ключников

Дверь внизу открылась.

Голоса в холле. Артем. Потом женский голос — низкий, спокойный, без заискивания.

— Спасибо. Я ненадолго.

Шаги.

Вера вошла в библиотеку через минуту.

И первое, что Ася почувствовала, было неприятное уважение.

Женщина действительно была красива. Не так, как Милана, которая своей красотой требовала зрителей. Вера выглядела так, будто красота для неё — не главное оружие, а просто одна из черт, которой она не обязана оправдываться. Серое пальто снято, под ним тёмный костюм, простая белая рубашка, волосы влажные от снега, лицо без яркого макияжа, глаза внимательные, глубокие, с той усталой насмешкой, которая появляется у людей, слишком часто ловивших других на лжи.

Она посмотрела сначала на Дамира.

И в этом взгляде было прошлое.

Не страсть даже. Не нежность. Но знание. Она видела его иным. Ася поняла это сразу, и ревность уколола так резко, что пришлось сжать пальцы на блокноте.

— Дамир, — сказала Вера.

— Вера.

Никаких отчеств. Никакой дистанции.

Ася не хотела замечать, но заметила.

Вера повернулась к ней.

— Анастасия.

— Ася, — сказала Ася.

Сама не знала почему. Возможно, потому что не хотела принимать из её уст официальное “Анастасия”, будто Вера уже определила ей место. Или наоборот — потому что хотела сразу поставить своё.

Вера чуть кивнула.

— Вера Соколова.

— Я поняла.

— Да, думаю, Дамир успел сказать что-нибудь не слишком лестное.

— Он сказал мало.

— Это на него похоже.

Ася почувствовала новый укол.

На него похоже.

Знание, сказанное легко, без демонстрации. Именно поэтому неприятнее. Вера не играла соперницу. Не пыталась занять место. Она просто действительно знала.

Дамир вмешался:

— Зачем ты приехала?

Вера перевела взгляд на него. И теперь в нём появилась сухость.

— Всё ещё начинаешь разговоры так, будто люди обязаны сразу перейти к делу.

— Обычно помогает.

— Обычно раздражает.

— Но ты всё равно перейдёшь.

Она усмехнулась. Негромко.

— Да. Потому что ты всё ещё неприятно прав в мелочах.

Ася молчала.

Тамара Петровна вошла с подносом и поставила его на стол. На Веру посмотрела не враждебно, но без тепла. Как на человека, которого когда-то ждали, потом перестали ждать, а теперь снова приходится принимать.

— Вера Андреевна, — сказала она.

— Тамара Петровна.

Вот ещё одно прошлое. Знакомые имена. Прямой обмен взглядами. Вера была частью дома до того, как Ася узнала о его существовании. Ася вдруг почувствовала себя не женой, а новой книгой, положенной на полку, где уже стоят старые тома с закладками в местах, которые она никогда не читала.

— Чай? — спросила Тамара Петровна.

— Спасибо. Без сахара.

— Помню.

Плохо. Это было совсем плохо. Тамара Петровна помнит, как она пьёт чай.

Ася взяла свою чашку слишком резко. Дамир заметил. Конечно, заметил. Но не стал смотреть долго, и за это она была ему благодарна и злилась одновременно.

Вера села не сразу. Сначала достала из сумки тонкую папку и маленький диктофон.

— Сразу скажу: я пришла не за прощением и не за интервью.

— Хорошо, — сказал Дамир.

— И не потому, что ты снова становишься интересным для города.

— Это уже звучит как опровержение заранее подготовленной версии.

— Возможно. Я журналистка, люблю закрывать слабые места текста.

Она положила папку на стол.

— Я узнала, что ты поднял Nordkap. И что всплыла связка Рустам — Елена Лебедева. До меня дошли слухи о Дубинине, о старом медицинском блоке и о попытке вскрыть носитель. Не спрашивай, откуда.