Книга Истинная на полставки, или (не) счастье слепого дракона, страница 68 – Любовь Песцова

Он хмыкнул и какое-то время молчал, постукивая пальцами по столешнице.

— Хорошо.

— Что?

— Можешь взять кровь сейчас. И потом, когда нужно будет.

— Правда?

— Да. Делай своё дело. Если будет хоть какой-то результат от твоих действий, можешь рассчитывать на внушительную премию.

Я кивнула и практически бегом отправилась отводить Айрис в её новую комнату, а потом за инструментами для забора крови.

У меня появился шанс выплатить долг даже без подработки на стороне.

Я получила доступ к крови пациента и теперь играла не просто во врача, а ещё и в лаборанта.

Было боязно, но я понимала, что у местных алхимиков даже моих скудных знаний нет.

Конечно, я не думала, что здесь все глупые. Разумеется, нет.

Технологии в этом мире были очень даже неплохо развиты. Просто пошли по другому пути и строились на магии.

Микроскоп заменяло одно заклинание, центрифугу — другое. Главное — найти нужные формулы и составить для себя методичку, которая заменит почти привычную лабораторию.

Но при этом только я могу объединить знания обоих миров.

— Итак, гений ты наш доморощенный, прогресс есть? Или ты просто так мне кровопускания устраиваешь?

— Я всё ещё собираю анамнез, — ответила я на вопрос, пропитанный сарказмом и пассивной агрессией.

— Неужели нельзя было просто ознакомиться с записями Лаббе и его предшественников?

— Я ознакомилась. Но решила, что нужно провести новые тесты, — терпеливо ответила я.

— И каков же результат?

— Прогрессия. Почти незаметная, но она есть.

— Что это значит?

— Если объяснять простыми словами… У вас в крови есть странные, не поддающиеся объяснению частицы. Я думаю, вам об этом и раньше говорили.

— Да, — признал Натаниэль. — Появились после несчастного случая с нестабильным порталом. Лекари пришли к выводу, что это из-за повреждений, вызванных пространственной магией.

— Я читала отчёты, — кивнула я. — Звучит, кстати, очень поэтично. Осколки границы между мирами и измерениями.

— Ты не согласна?

Тон был по-прежнему насмешливым. И это бесило невероятно.

Если он в меня не верит, то почему согласился? Почему вообще ведёт себя так, словно у него биполярка цветёт и пахнет?

То домогается, как скот похотливый, то дуется непонятно на что, то внезапно становится адекватным. Почти…

Было ощущение, что он сам не определился, как ему ко мне относиться.

— Я пока не знаю, у меня маловато данных, чтобы соглашаться или не соглашаться. Но если мы принимаем на веру теорию про эти пространственные осколки, которые пытаются вытравить и которые мешают вашей полноценной жизни, то у меня для вас плохие новости. Их становится больше.

— Насколько?

— Ненамного. Но если сравнивать исследования, которые были проведены за всё время вашей болезни, то можно наблюдать интересную кривую. Сначала их было много, потом по мере лечения концентрация начала снижаться. Вот только после определённого уровня их уровень вышел на плато, а затем и вовсе начал увеличиваться. Рост небольшой, но он есть. И это ломает всю теорию.

— Почему?

— Потому что если дело исключительно в неисправном портале, который вас какой-то плохой магией заразил, то концентрация должна была и дальше снижаться.

Натаниэль задумчиво побарабанил пальцами по столу.

— Сначала я, как и другие, предположила, что концентрация увеличивается из-за того, что вы схему лечения ломаете. Принимаете препараты не вовремя, капризничаете, действуете своим врачам на нервы…