Книга Истинная вина жестокого ректора-Дракона, страница 132 – Властелина Богатова

Он смотрит не на дневник в моих руках и даже не на Аурелию. А на мою разбитую губу.

— Больно?

И у меня мурашки по коже от его проникновенного голоса.

Ледяной страх тает, и на месте расцветает что-то другое. Волнующее, ранящее и необъятное настолько, что кружится голова.

Я не отвечаю, но ему и не нужен ответ. Он очевиден.

— Рэммел, ты… Ты всё видел! — вскрикивает Аурелия. — Как она на меня набросилась, моя собственная сестра! Она агрессивна, её надо в изолятор немедленно, она чуть меня не покалечила, посмотри!

Аурелия дергает свои сбитые волосы.

Рэммел медленно, будто не желая того, выпускает меня и резко разворачивается.

— Франческа Лебланд, — начинает он, — потребовала свою вещь обратно. Вместо того чтобы вернуть дневник, вы собрали вокруг неё толпу и довели ситуацию до срыва. А теперь я вижу результат — разбитую губу курсанта.

— Рэммел, — вытягивается лицо Аурелии.

— Майор Морстейн, — отрезает он.

— Да, майор Морстейн, — поправляется она. — То есть вы верите ей? После всего, что она уже устроила?

— Я верю фактам, курсант. А факты сейчас не на вашей стороне.

Понимание пробивается через пелену эмоций медленно, почти больно.

Он говорит не обо мне как о виноватой.

Об Аурелии.

У меня странно пустеет внутри, потому что этот голос я помню другим. Этим же голосом он назначал мне наказания. Этим же голосом обрывал мои объяснения. Этим же голосом когда-то сделал меня виноватой раньше, чем я успела открыть рот.

А сейчас этот голос встаёт между мной и толпой. Между мной и Аурелией.

Он умеет защищать. Умеет видеть. Умеет останавливать чужую жестокость одним холодным приказом.

Значит, мог хотя бы попытаться и раньше. Но тогда не попытался.

Я сглатываю, чувствуя дрожь во всём теле.

— Вы ошиблись, майор, я хотела ей его вернуть, — моргает она часто и невинно, — она думает, что я его украла, на самом деле это вытащила Ликия с зеленой зоны. Это они между собой что-то не поделили! А так как Франческа моя сестра, я забрала ее дневник, пока его не начали читать все! — голос Аурелии срывается на визг. — Я хотела её спасти от позора. А эта ненормальная на меня накинулась!

Горечь подкатывает к горлу вместе с бурей злости. Даже сейчас она всё выворачивает наизнанку, чтобы обелить свое имя. А меня втоптать в грязь.

— Все это подтвердят, тут столько свидетелей. Ну скажите же, скажите, что это так! — оборачивается она к молчаливой толпе.

Я смотрю на них, девушки смотрят на Аурелию.

На миг берет сомнение — неужели подтвердят её слова?

Я нервно облизываю губы.

Воздух давит, наполненный грозой и ожиданием.

Ну, что же вы ответите, майор?

Рэммел, что стоял каменной скалой, делает шаг к своей невесте.

Аурелия выпрямляется, смотря на него снизу вверх.

— Вы собрали толпу и публично устроили травлю, курсант, — произносит холодно Морстейн. — Вот что вы сделали. И сейчас вынуждаете всех подтвердить ложь.

Он делает паузу.

— Это не так!

— И, судя по сегодняшнему, прошлый инцидент тоже придётся пересмотреть, — заключает он, не слыша её слова.

Аурелия ошеломленно замирает, как будто от пощёчины.

Ну что, сестра, не ждала, что Морстейн напомнит о прошлом инциденте?

Ты привыкла произносить его имя как щит и право, но сейчас это право у тебя отняли при всех.

Я моргаю, ветер шевелит мои разбросанные по плечам волосы, не могу понять, что испытываю в этот момент.