Книга Демон-раб. Моё сладкое подчинение, страница 20 – Месса Лина

Он сглотнул.

— Да.

— По чьему приказу?

Идрис с ужасом поднял глаза на Гардериуса.

Тот смотрел на него спокойно. Слишком спокойно. Именно такого взгляда обычно хватает, чтобы люди вспоминали всех умерших родственников сразу.

— По приказу лорда Кронтона, — прошептал писарь. — Все поставки шли через третий реестр... под обозначением обычных товаров. Он велел не ставить печать дома, только личные знаки доверенных лиц.

— Для чего шли эти поставки? — спросила Елеанна.

— Для... нижней комнаты под городским домом. Для ритуалов.

Шум прошел по залу уже не шепотом, а настоящей волной.

Гардериус наконец подал голос:

— Напуганный слуга — дешевый инструмент. Особенно когда его держит за горло красивый дом.

Елеанна даже не посмотрела на него.

— Ты присутствовал при нападении на мой караван? — спросила она.

— Нет. Но... после него в дом привезли два цилиндра с печатями Имвер. И один список. Лорд сказал, что осталось подготовить последнюю стадию.

Канцлер выпрямился в кресле.

— Какую последнюю стадию?

Идрис побелел еще сильнее.

— Открытие... под Советом.

Вот теперь тишина стала тяжелой.

Елеанна медленно повернулась к Гардериусу.

— Возможно, лорд Кронтон объяснит нам это лучше своего писаря.

Он стоял все так же прямо, но в его лице наконец проступило что-то иное. Не страх. Нет. Раздражение. Холодная злость человека, которому не нравится, что его вынудили менять план на глазах у публики.

— Вы вытащили сюда испуганного мальчишку и называете это доказательствами? — сказал он. — Очень театрально.

— Хорошо, — спокойно согласилась Елеанна. — Тогда продолжим.

В зал ввели женщину в сером плаще. Немолодую, с осунувшимся лицом, вуалью на волосах и руками, покрытыми ожогами от магической соли. Экономка из внутреннего дома Кронтона. Та самая, которая следила за нижним коридором и два года молчала, потому что боялась за сына.

— Назови себя, — сказала Елеанна.

— Мирель. Я... вела внутренние комнаты.

— Ты видела, что готовил лорд Кронтон?

Женщина закрыла глаза на мгновение.

— Да. Под залом старых архивов он вырезал круг. Велел приносить кровь. Сначала звериную, потом... не только звериную. Он говорил, что старые дома прогнили и что городом должен править тот, у кого хватит воли разбудить истинную силу Хантумары. Говорил, что матрона Имвер станет последним ключом.

Зал загудел уже в открытую.

Гардериус поднял руку.

— Хватит.

Голос его не был громким, но в нем звенело уже не прежнее изящество, а сталь.

— Я понимаю, — сказал он, — что всем приятно видеть, как гордая женщина наконец решила испачкать руки. Но это становится утомительным. Вы привели сюда слуг, купленных страхом. Подсунули бумаги. Пугаете Совет страшилками о культах. Все только потому, что не можете признать: вы теряете власть, Елеанна.

Она посмотрела на него с интересом.

— Ты все еще думаешь, что дело во власти?

— Разумеется. Все всегда дело во власти.

— Нет, Гардериус. Иногда дело в том, что ты слишком рано поверил в собственную исключительность.

С этими словами она кивнула Равелю в третий раз.

Тот вынес вперед длинный цилиндр из темного металла и положил его на стол Совета. На боковой стороне отчетливо виднелась печать дома Имвер, сбитая не до конца.

— Один из похищенных документов, — сказала Елеанна. — Найден не на дороге и не у случайных посредников. А в нижней камере городского дома лорда Кронтона. Внутри — схема подземных стоков и старых звездных каналов под этим дворцом. Именно тех, которые можно использовать для подводки силы к главному залу Совета.