Книга Телеграфистка из будущего. Шифр для господина жандарма, страница 59 – Виктор Громов

— Несколько?

— Три, кажется.

— Какое считается наиболее вероятным?

— Южное.

Марина снова посмотрела на карту.

— Значит, северная земля сейчас стоит дешевле именно потому, что большинство считает маршрут маловероятным.

— Выходит, так.

— А если комиссия выберет север?

Служащий усмехнулся.

— Тогда те, кто успел купить, станут очень богатыми людьми.

Дмитрий спросил:

— Где материалы комиссии?

— Не здесь.

— Кто имеет к ним доступ?

— Члены комиссии, чиновники управления, некоторые специалисты.

— Редников?

Мужчина задумался.

— Константин Павлович консультировал по экономической части, насколько знаю.

Марина медленно подняла глаза на Дмитрия. Он ничего не сказал. Имя Редникова снова возникло там, где не должно было. Но пока это тоже ничего не доказывало. Константин Павлович мог консультировать комиссию совершенно законно. Так же как Арсеньев мог три года назад честно расследовать старое дело. Так же как Жаров мог действительно потерять жетон. В этой истории почти каждый подозрительный факт имел невинное объяснение. И именно поэтому было так трудно понять, где заканчивается случайность. Они проверили ещё две фамилии из расшифровки. Обе продали участки. Один — через поверенного.

Другой — торговому обществу, созданному всего за несколько месяцев до сделки.

— Кто стоит за обществом? — спросила Марина.

— Придётся проверять отдельно, — ответил Дмитрий.

— То есть мы пока даже не знаем, покупал ли всё один человек.

— Нет.

— Но знаем, что продавцы разные.

— Да.

Марина провела пальцем вдоль списка.

— Здесь должна быть ещё одна фамилия.

— Почему?

— В журнале оставалась последняя группа проверок.

Дмитрий взглянул на собственные записи. Он был прав: вчера они расшифровали не всё. Последние контрольные передачи стояли на другой странице, и к моменту ухода из технической комнаты времени уже не хватило внимательно их разобрать.

— Журнал у меня, — сказал он.

— Вы забрали?

— После письма Варвары я решил не оставлять его там, где к нему имеет доступ половина станции.

Марина одобрительно кивнула.

— Иногда вы принимаете разумные решения.

— Запишу дату.

Он достал из папки копию последних восьми контрольных отметок. Марина села и выписала только минуты передачи: 1, 18, 19, 6, 15, 30, 6, 3. По той же условной таблице, которая уже дала им слово «СЕВЕР», последовательность читалась без вариантов.

А — Р — С — Е — Н — Ь — Е — В.

Марина медленно положила карандаш.

АРСЕНЬЕВ.

Дмитрий ничего не сказал. До этой секунды фамилии в списке обозначали землевладельцев, уже продавших свои участки: Воронин, Беляев, Чернов и другие. Теперь среди них стоял Арсеньев. Марина подняла глаза.

— Это ваша семья?

Вопрос прозвучал тише, чем она хотела. Дмитрий смотрел на карту. Не на неё. На северный участок, через который шла предполагаемая линия.

— Дмитрий Сергеевич.

Он подошёл ближе и провёл пальцем вдоль границы большого владения к северо-востоку от остальных участков. На карте мелким почерком стояло: Владение Арсеньевых.

— Земля принадлежала моему отцу, — сказал он.

Внутри снова начала перестраиваться вся картина.

— Принадлежала?

— После его смерти перешла семье. Юридически сейчас владелицей большей части считается моя мать.

— Она продала?

— Нет.

— Почему фамилия тогда в сообщении?

Дмитрий медленно повернулся к ней. На этот раз в его лице не осталось ни привычной иронии, ни следовательской невозмутимости.