Книга Бутоны зла. 31 история для мрачных вечеров, страница 142 – Мария Токарева, Елена Михалёва, Саша Гран, и др.

Малуша кивнула, не вникая в его слова. Мало ли что остаться могло? Зелье, может, какое или трава колдовская. Надежда вспыхнула, заслонив собою все прочие мысли.

— Слушай и запоминай. Ничего не перепутай, – наставлял колдун, прищурив мутные, рыбьи очи. – Сперва достань обмытой водицы.

— Обмытой? – не поняла Малуша.

— Той, что с покойника сходит, когда его омывают. – Старик ощерил желтоватые зубы, будто радуясь испугу девушки. – Это мертвая вода. Самая для колдовства надежная.

— Да как же я достану…

— Почем мне знать? Как в деревне кто помрет, вызовись помогать, чтоб в последний путь человека проводить достойно. А там уж дело нехитрое. Тебе это надо иль мне, в конце концов?

— Мне.

— То-то. – Дед Лобан заговорил тише, будто кто их мог в чащобе услыхать. – А как раздобудешь воду, напои ею парня, да не забудь перед тем ее заговорить. – Он шагнул к остолбеневшей Малуше, чтобы приблизить спекшие губы к уху и зашептать: – Как солнце за луной, так и ты за мной. Как день за ночью, так и ты за мной. Как мертвый за живой, так и ты за мной. – Его затхлое дыхание липло к коже как паутина. – Уяснила? Повтори. Да гляди, не напутай ничего!

Малуша повторила за дедом Лобаном заговор трижды, чтобы лучше упомнить. Он строго выслушал ее, хмуря кустистые брови. Потом кивнул.

— Годится. Как напоишь его водой, он твоим и станет, ночь миновать не успеет. А теперь ступай.

Девушка заплетающимся языком поблагодарила колдуна, а тот ничего больше не сказал. Ушел в избушку и дверью хлопнул.

Когда Малуша бежала сквозь лес домой, в голове звенело от страха. Всю дорогу она твердила заветные слова, но чем дальше от избушки деда Лобана, тем сильнее они путались в ее мыслях.

* * *

Мутная вода пахла мокрой землей. Холодные пальцы скользнули по ручке ковша, и Малуша едва не выронила его. В разуме с трудом укладывалось, как ей удастся напоить этим Невзора, но раз дед Лобан сказал, что надобно именно так, значит, обратной дороги нет.

Спустя три дня после ее похода к колдуну в деревню пришло несчастье: один из плотников убился на стройке, упав с конька крыши и сломав себе шею. Умирал он долго и мучительно. Все в Верхнем Лугу знали и уважали того плотника, почитали как мастера умелого и сноровистого, поэтому никто не мог понять, как так вышло, что он вовсе свалился.

Когда заговорили о погребении, Малуша вызвалась помогать. Никто не удивился, потому как ее братья были дружны с покойным. Да и помогать друг другу было в деревне делом обычным. Малуше же казалось, что каждый глядит на нее с подозрением, оттого так жутко было идти на омовение покойного. Она не боялась хладного, посиневшего тела, которое совсем недавно было живым человеком. Ее страшило то, что следовало после.

Девушка сказала, что выльет сошедшую с покойного воду, забрала ведро и вынесла из избы, прошла за сарай, а там уж потихоньку набрала заветный ковш и спрятала его в смородиновом кусте, накрыв берестяной крышкой. Она озиралась, будто воровка, но никого не было рядом. Все родные оплакивали плотника в избе, никому бы и в голову не пришло то, что собиралась сотворить Малуша по наказу колдуна.

День растянулся донельзя долго. Девушка едва дождалась окончания похорон и последовавших за ними поминок, все нервничала и боялась, что кто-нибудь наткнется на ковшик в кустах да и выплеснет его. Но едва выдалась минутка, Малуша возвратилась к нехитрому тайнику, забрала заветную посудину с жутким содержимым и отнесла к себе домой, чтобы продумать свой следующий шаг.