Книга Бутоны зла. 31 история для мрачных вечеров, страница 141 – Мария Токарева, Елена Михалёва, Саша Гран, и др.

Когда же ей захотелось повернуть назад, лес, что будто водил ее кругами, наконец сжалился, и впереди показалась покосившаяся избушка.

Она стояла промеж деревьями, словно вросшая в мясистые корни вокруг. На черных бревнах и косой крыше густел ворсистый мох. Если бы не дымок из кривой трубы, Малуша бы решила, что тут никто не живет.

Она робко подошла к крыльцу и позвала, обращаясь к запертой двери:

— Дед Лобан, здравствуй! Я к тебе с хлебом и бедою пришла. Не гони, выслушай. А коли сможешь, помоги.

Какое-то время в избушке было тихо. Затем раздались тяжелые шаги, и дверь с визгливым скрипом отворилась.

— Хлеб давай сюда, а беда твоя мне не надобна, – хрипло засмеялся старик, едва появившись на пороге. – Разрешаю забрать ее обратно и ступать восвояси.

С виду – старик как старик. Сухой, сутулый, болезненно-бледный, беззубый и лохматый. Одежонка залатанная. Борода всклокоченная. Обувка старая и явно с чужой ноги, больно большая ему. Но чем дольше Малуша смотрела, тем страшней дед Лобан ей казался.

Глаза у него были слишком светлые и мутные, глядящие неподвижно, как у подслеповатой рыбы. Девушка могла поклясться, что он не моргал вовсе.

В уголках рта подсохли черные струпья. Губы выглядели жесткими, как кора тех деревьев, что росли вокруг.

Но ужаснее всего Малуше показались его руки с узловатыми, длинными пальцами, похожими на паучьи лапки, с желтыми обломанными ногтями.

Когда дед Лобан перешагнул порог, она едва не бросилась прочь. Видать, все у нее на лице было написано, потому что старик засмеялся громче.

— Давай сюда хлеб, девонька, – велел он, отсмеявшись. – И говори поскорее, с чем пожаловала, покуда не передумал тебя слушать.

Поборов страх, Малуша приблизилась и с поклоном вручила старику сверток так, чтобы их пальцы не соприкоснулись. Ей почудилось, что от старика тошно разит гнилыми зубами и затхлостью, как в кислом погребе, куда давно не заглядывали.

— У меня, дед Лобан, вот какая беда. – Девушка отступила от него на шаг, чтобы запах не бил в нос так сильно. – Есть у нас в Верхнем Лугу парень один, Невзор, пригожий и работящий. Он с осени жениться на мне обещался…

— А ты, дуреха, на радостях влюбилась и поверила? – ехидно перебил колдун, который развернул сверток и приник носом к душистому хлебу, чтобы с наслаждением понюхать. – Брюхатая, поди? За отваром явилась?

Малуша густо покраснела от стыда и потупилась. Ей сделалось больно и горько до слез, да только реветь перед колдуном еще не хватало.

— Нет, – всхлипнула она и мотнула головой. – Но он, как зимой на ярмарку в город съездил, на меня глядеть вовсе перестал. Встретил там какую-то девицу с надутыми губами и смеющимися глазами и только о ней и говорит да при каждой оказии в город ездит.

— Богатая невеста, видать, – понимающе кивнул дед Лобан. Он отщипнул кусочек своими длинными, костлявыми пальцами и с удовольствием отправил в рот. – А чего же ты от меня хочешь?

— Приворот, – пискнула дрожащая Малуша, не подняв глаз. – Молвят, ты сильный колдун. И не такое умеешь.

— Приворот, говоришь? – хрипло хохотнул старик и задумчиво завернул хлеб обратно в тряпицу. – Ну что ж, справлю тебе приворот. Неверного остолопа возвращу. Только учти, девонька, у меня условие есть: за приворот возьму то, что останется.