Книга Влюбленная. Гордая. Одинокая, страница 75 – Елена Левашова

По щеке Любы катится слеза, а я сжимаю кулаки до хруста, чтобы не вцепиться в прутья клетки. Долецкий десять раз повторил перед заседанием, чтобы я молчал и не мешал ему «вытаскивать клиента из тюремного ада». Не свидетельствовал против себя – так это называется.

— Протест отклонен, Савелий Артемович, – устало произносит судья.

— Я не закончил, – возражает Долецкий, копаясь в папке с компроматом. – Я настаиваю на проведении психиатрической экспертизы свидетеля Перепелкиной. По нашим данным, Любовь Петровна проходила лечение у психотерапевта Савской Александры Георгиевны.

— Это правда, Любовь Петровна? – сведя брови к переносице, спрашивает Борцова.

— Правда. Савская консультировала меня по поводу похудения. Я не получала медицинских препаратов и психиатрического диагноза у меня нет.

— Протестую! Травля свидетеля, – добавляет прокурор Федор Линчук.

— Протест отклонен. Продолжайте, Савелий Артемович, – отвечает судья.

— Любовь Петровна тактично умалчивает еще об одной маленькой проблеме, по какой она консультировалась с психологом, – ядовито тянет Долецкий. – Проблемы в отношениях с мужчинами. Перепелкина винит в этом Боголюбова. Очевидно, мой клиент нанес девушке непоправимую душевную рану своим легкомысленным отношением.

— Протестую! – кричит Линчук. – Домыслы адвоката, не подкрепленные доказательствами.

— Доказательства содержатся в медицинской карте Перепелкиной, – Долецкий помахивает мерзкой бумажонкой над головой. – Слова пациентки заверены Савской.

— Уважаемый суд! – взмаливается Люба. – Спросите товарища адвоката, каким способом он раздобыл мою карту? Александра Георгиевна дорожит репутацией и лицензией на частную практику, поэтому никогда бы не нарушила конфиденциальность.

Судья кивает и переводит взгляд на поникшего Долецкого. Я давно не чувствовал себя таким грязным и мерзким. Приходится держать язык за зубами и молчаливо выражать согласие с мерзавцем, валяющим в грязи Любу. Потому что я обещал молчать, мать его!

— Долецкий, у вас есть объяснение?

— Я поступил в интересах моего клиента. Закон не запрещает использовать сведения о состоянии здоровья подсудимого или свидетелей. Конечно, в интересах следствия.

— Я удовлетворяю ваше требование о проведении независимой психиатрической экспертизы свидетеля обвинения, – громогласно произносит Борцова. – Ирина Алексеевна, на следующее заседание суда пригласите для дачи показаний Савскую Александру Георгиевну, – бросает она секретарю.

— Есть еще одно доказательство, подтверждающее мои слова, – не унимается Долецкий, потирая руки от предвкушения своего триумфа. – Перепелкина с недавнего времени состоит на учете по беременности в женской консультации областной поликлиники номер три.

Что?! Люба беременна? Едва сдерживаю возглас удивления и пытаюсь вернуть на место упавший подбородок.

— Это ведь ребенок Боголюбова, Любовь Петровна? Он воспользовался вашим доверием, обрюхатил, а предложение сделал не вам, а госпоже Шестак, – ехидненько протягивает Долецкий. – Вам выпал шанс отомстить мерзавцу, так?

Диана победоносно вскидывает голову, бросая пренебрежительный взгляд на Любу.

— Это мой ребенок, ясно? – всхлипывает Люба, сцепив пальчиками край трибуны.

— Люба, скажи, это правда? Ответь мне, – вскакиваю с места, гремя наручниками, и вызываю волну возмущения конвоиров, приставленных охранять мою персону. – Посмотри на меня, Люба. Ответь… Пожалуйста.