Книга Пепел золотой птицы, страница 96 – Анастасия Логинова

Кирилл Андреевич, Саша знала, родился и вырос в городе, в столице, редко выбираясь куда-то за пределы ее. Разве что в детстве родители вывозили его на дачу да на природу, но и там, нужно думать, он все больше сидел взаперти над книжками, не имея даже шанса научиться обращаться с лошадьми.

Ставить его в неловкое положений Саше, разумеется, не хотелось.

— А впрочем, я попрактикуюсь в управлении двуколкой сама, если вы не возражаете… – быстро нашлась она. – Это экипаж Татьяны – лошадь невероятно послушная и умная. Поможете мне сесть?

Чуть замешкавшись, Кирилл Андреевич, конечно, помог: подал руку, дав ей опереться, а следом запрыгнул сам – устроился рядом на не очень-то широкой скамейке. Двуколка легкий транспорт, предназначенный вообще-то для одного седока, а оттого ютиться пришлось невероятно близко друг к другу. И Саша, и Кирилл Андреевич смутились бы, но сейчас думали каждый о своем.

Господин Воробьев уж точно долго еще не забывал о вожжах.

— Я не умею править экипажем, – признался он, в конце концов, делая вид, что вовсе не ущемлен, тем, что это обнаружилось. – Если уж начистоту, то я и зверюг этих не очень-то люблю. Кто знает, что у них на уме…

Кирилл Андреевич опасливо кивнул на добрейшую гнедую лошадь с большими темными, почти человеческими глазами.

— Зато, если вдруг у вашего экипажа колесо, к примеру, сломается, то с этим я вмиг управлюсь! – заявил он. – Я читал, как это делается. С детства, знаете ли, с механизмами в два счета управляюсь…

Хвастунишка.

Но Саша попыталась не улыбнуться, а вдумчиво серьезно кивнуть.

Невольно подумала, что, будь здесь Алексей Игнатьевич, он бы точно взял управление двуколкой на себя, не позволив ей запачкать рук. Собственный выезд у Громовых был, но Алеша помощью кучера никогда не пользовался, справлялся сам. Да и в седле он держался прекрасно. И лошадей не боялся, а любил.

Думается, Алеша и колесо сумел бы починить, коли бы пришлось. Хотя едва ли изучал эту науку по книжкам.

Что уж говорить об управлении банком… если Алексей уж после Сорбонны-то наверняка смог бы потягаться с Денисом, а то и полноценно ему противостоять, то Кирилл Андреевич – увы. Прочти он хоть сотню книжек о том, как это делается. Да, Воробьев прекрасно считал: складывал, умножал, вычитал в уме огромные числа. Сумел даже объяснить как-то Саше, что такое логарифм – да так, что на почти что поняла. Кирилл Андреевич не раз повторял, что, не будь в его жизни химии, то отдал бы свое сердце математике… Но управление банком это несколько другое. Но говоря уж о тонких подковерных игрищах, в которых непременно придется участвовать, чтобы отстоять свои интересы.

Нет, здесь господин Воробьев ей помощником никогда не станет…

Саша, отвлекшись от дороги, посмотрела на него невыразимо печально. Кирилл Андреевич о чем-то напряженно думал и хмурился. Профиль его был строг, но до того красив и благороден, что Саше до смерти захотелось ошибиться в своих предположениях.

Подумалось, что ей ведь никогда не приходилось сомневаться в его искренности. В то время как мотивы Алеши были и остаются весьма туманными.

К тому же Алеши здесь и сейчас с ней нет, и Саша понятия не имела, где он.

Зато Кирилл Андреевич всегда готов был прийти ей на помощь. Что полтора года назад, когда она была никому – кроме него – неинтересной приживалкой в доме брата-банкира; что теперь, когда она, полностью отчаявшись, молилась за здоровье человека, ради которого приехала сюда, ради которого собиралась рискнуть жизнью, и которому никогда не было до нее дела.