Книга Пепел золотой птицы, страница 95 – Анастасия Логинова

С тем Саша и отбыла.

Но долго еще думала о том, что Татьяна сегодня сама не своя. Вроде и откровенна с нею, куда больше, чем следовало бы; и, в то же время, будто бы несла в себе тайну, неподъемную по тяжести своей. Отчего-то Саше даже оставлять ее сегодня было боязно.

Может, стоило позвать Татьяну с собою в монастырь?

А может, Саше было просто страшно ехать туда одной…

Желая ли потянуть время или в самом деле надеясь, что это поможет, она даже решилась, прежде чем выехать за пределы города, остановиться ненадолго у Успенского собора. Храм был очень уж красивым, и светлым, и находиться здесь было приятно. А еще здесь она разговаривала с Кириллом Андреевичем, прямо у этой колонны.

В этот раз Саша, однако, явилась в храм не для каких бы то ни было встреч.

Сперва она долго и горячо молилась у икон, просила за Степана Егоровича, и за благополучное разрешение непростого их дела. Поставила свечи, передала записки. И когда уже не осталось ни одной причины ей задерживаться – вздрогнула от звука неприлично громко захлопнувшейся двери.

Обернулась и тотчас увидела, что это был Кирилл Андреевич Воробьев.

Он и сам смутился от нескромного своего появления, потому как дверью, конечно, хлопнул не нарочно. Торопливо стянул с головы шляпу и неумело перекрестился. И тоже увидел Сашу.

* * *

О том, чтобы кто-нибудь пришел на помощь – сейчас, когда она вопреки здравому смыслу собралась в одиночку ехать бог знает в какой монастырь – Саша и молиться не смела. И тем не менее Кирилл Андреевич стоял здесь, перед ней и смотрел с мягким укором. И едва ли он вошел в храм ради молитв. Получается, что ее искал…

Отчего-то это тронуло Сашу особенно сильно, и она даже скрывать не собиралась, как рада его видеть.

— Я так и знал, что вы не воспользуетесь вашим билетом, не сядете в поезд и не уедете в Петербург! – запальчиво, гневно сверкая очками, выговаривал Кирилл Андреевич чуть позже, когда они покинули храм и направлялись к Сашиной двуколке. – Вы хотя бы понимаете, Александра Васильевна, как это безрассудно! Совершенно не умно! И готов спорить, остались вы, чтобы отправиться в тот монастырь, о котором мы говорили, ведь так?

— Так… – призналась Саша, почему-то совсем не веря его гневному тону.

А раз не верила – улыбнулась. И улыбкой этой окончательно сбила Кирилла Андреевича с его настроя читать нотации.

— Право, уж лучше б вы с этим Алексеем Игнатьевичем поехали, чем одной!.. – договорил он без всякого запала.

— Может быть и лучше. Но попасть в монастырь так или иначе непременно нужно: я чувствую, Кирилл Андреевич, что там все ответы найдутся! Я сегодня, только что говорила с Татой – и лишь больше в этом уверилась. Но поехать туда придется именно мне. Монастырь ведь женский, вас попросту не пустят.

— Я придумал бы что-нибудь! – отмахнулся Кирилл Андреевич. – Надеюсь, вы понимаете, что теперь одна вы туда точно не поедете?! С вашего позволения я вас сопровожу!

— Понимаю, – покорно кивнула Саша. – И ничуть не возражаю.

Мимоходом погладив шелковую гриву лошади, она передала Кириллу Андреевичу вожжи.

И уже по тому, как Воробьев на них взглянул – догадалась, что он, интеллигент и ученый муж, не только никогда в жизни своей не правил коляской, но и не сообразил даже, что она от него хочет.