Книга Пчела в цвете граната, страница 42 – Сания Шавалиева

«Ты дура!» – захотелось заорать Асе. Но сейчас это больше будет походить на истерику. Здесь ещё её визга не хватало.

Алина с поплывшей помадой и с синяками под глазами продолжала работать. Как призрак, вставляла в паз перфокарту. Машина, словно признавая отсутствие человека, бунтовала, перфокарты сначала сглатывала, затем выплёвывала мятыми и жёваными. Алина ругала машину, ругала Маргариту, а сама плакала. Одна кладовщица негромко разговаривала по телефону, видимо, сообщала подробности происшествия. Третья лежала на сдвинутых стульях, рассеянная, мрачная, перекинув на грудь чёрную косу, и не говорила ни слова. Только раз, когда Алина в отчаянии объявила, что завтра же уволится с завода, потому что хочет жить, женщина пробормотала что-то, нахмурилась и отвернулась. Через секунду раздался её храп.

— Мне завтра тоже в первую смену, – стала сдвигать стулья Заря.

— Блин, у меня заявка не выставлена, – сокрушалась четвёртая. – Один погрузчик на троих. Завтра же напишу докладную. Так нельзя. – И она ласково посмотрела на Асю.

— Василиса Васильевна что-нибудь придумает, – бормотала Ася, стыдясь, что сама ничего не умеет.

Стыдно вспомнить, но Ася радовалась, что в тот момент не была рядом с Маргаритой. Непонятно ещё, как бы она среагировала. Раззявила бы рот как клуша. Не среагировала бы, как Заря. По всему выходит, что Заря герой. Но медаль точно не получит, за нарушения правил награды не полагается, а вот нагоняй или увольнение с завода – это пожалуйста. Ася обхватила себя руками, пытаясь удержать запоздалую дрожь, и начинала себя ругать.

Время шло, женщина в синем халате, с заколотыми на затылке в жгут волосами, поговорив по телефону, окликнула четвёртую.

— Зой, я в транспортный, может, дадут на пару часов кого-нибудь.

И тут складские ворота дёрнулись и пропустили два автопогрузчика, на одном из них рядом с водителем сидела Василиса Васильевна.

Ася удивилась. Даже представить не могла, что такая дородная, огромная женщина может вот так, вопреки статусу, прикатить, как ученица. Наверное, такая езда в порядке вещей. Хочешь – в столовую скатаешь, хочешь – на солнышко за ромашками. Нарвёшь пучок и поставишь в гранёный стакан, наполненный газированной водой из автомата…

Увидев их, все очнулись, словно прикатили Дед Мороз со Снегурочкой. Торопливо вскочила со стульев женщина с чёрной косой, Зойка уже шарила по карманам в поисках заявок, ручки.

Один автопогрузчик осторожно потащил погрузчик Маргариты со склада, второй, а его вёл Фёдор, мгновенно оккупировали кладовщицы. В сердцах тискали, обнимали.

Не зная почему, но Ася бродила по складу и удивлялась ловкости Фёдора. По бесконечному зову кладовщиц она понимала, что его хватало на всех. Он работал как пчёлка. Машина фыркала, рвала с места и совершала неописуемые выкрутасы. Казалось, она установлена на чудесном шарнире, который позволяет, не трогаясь с места, вертеться на триста шестьдесят градусов. Фёдор был везде: загружал-разгружал машину, выставлял на конвейер заготовленные детали, ставил-снимал на навесной склад.

Фёдор иногда мельком взглядывал на Асю, ничего не говорил. Кудрявый и потный, он крутился на своём водительском месте, одной рукой управляя рулём, второй – рычагами подъёма и опускания вил. Ему заботливо приносили чай. Он пил, обжигаясь и обливаясь. Кладовщицы хохотали, предлагали носовые платки, печенье. Всё время он отвечал белозубой улыбкой, двигал губами, посылая девчатам воздушные поцелуи, подмигивал длинными ресницами. Потом он всё-таки позвал Асю сесть рядом. На автопогрузчике оказалось кататься гораздо комфортнее, чем на электро. На своих колёсах с покрышками он был гораздо быстрее и мягок в движении.