Книга Шпионский крючок, страница 100 – Лен Дейтон

— Брет говорит, что тут «рай без костей», — грустно сказала она. Трудно было отделаться от впечатления, что сегодня Брет явно предпочел бы не пользоваться этим выражением.

Он было попытался изобразить улыбку, но на полпути отказался от своего замысла.

— Почему «без костей»? — спросил я.

— Как рыба в ресторане, — объяснила она. — Все до мелочей к вашим услугам. Наслаждайтесь и радуйтесь жизни.

Брет посмотрел на меня, я усмехнулся. Брет осклабился и сказал:

— Ради Бога, Бернард, следи за своими эмоциями. — Голос у него был тихим, но резкость тона заставила миссис О'Раффети удивленно поднять на него глаза.

— О чем ты говоришь, Брет? — спросила она.

Но он сделал вид, что не слышит ее. Ранселер не сводил с меня глаз, и в них была такая ярость, какой мне не приходилось раньше видеть. Он перешел на рык.

— Ты, чертов зануда! Шевели мозгами! Шевели мозгами! — Он с трудом поднялся с низкого сиденья и направился к себе в комнату.

Никто не вымолвил ни слова. Вспышка Брета откровенно удивила миссис О'Раффети. Они с Бадди сидели, как бы рассматривая цветочную композицию, и делали вид, что не слышали слов Брета и не заметили его ухода.

Прошло немало времени, прежде чем она заговорила.

— Брет вышел из строя — ему нелегко переносить свое состояние. Я помню его в школе: истый лев! Все эти годы он вел такой активный образ жизни… и ему трудно признать себя больным.

— Он часто вот так выходит из себя? — спросил я.

— Нет, — ответил Бадди. — Должно быть, ваш визит взволновал его.

— Конечно же, это не так, — вмешалась миссис О'Раффети, которая безукоризненно выполняла обязанности хозяйки дома. — Дело в том, что встреча с мистером Сэмсоном напомнила Брету те времена, когда он был крепок и в отличной форме.

— Придет время, и он снова будет в отличной форме, — сказал Бадди, взяв кофейник, который стоял на сервировочном столике. — Еще?

— Спасибо.

— Ясное дело, — продолжил Бадди. — Но однажды мне довелось увидеть, как он стоял на бортике бассейна с таким выражением лица, словно собирается прыгнуть и остаться там навсегда.

— Бадди! Как ты только можешь говорить такие вещи?

— Прошу прощения, миссис О'Раффети, но это сущая правда.

— Он должен обрести себя, — сказала миссис О'Раффети.

— Конечно, — торопливо произнес Бадди, пытаясь успокоить свою встревоженную хозяйку. — Он должен обрести себя. Это я и имею в виду.

Возвращались мы по прибрежной дороге. Бадди чувствовал себя не лучшим образом, и за руль его джипа сел Джой, один из тех трех маленьких воинственных мексиканцев, которые прошлой ночью играли в карты. Джой сидел за рулем, вглядываясь в непрозрачный белый туман и бормоча, что нам стоило бы ехать по-другому, не через каньон.

— Бадди сам должен бы это делать, — в сотый раз пожаловался он мне. — Я терпеть не могу такую погоду. — Над океаном клубился туман, в прорехах которого то появлялась, то стремительно исчезала трасса.

— Бадди плохо себя чувствует, — сказал я. Мимо пролетали огни какой-то машины. Дюжина мотоциклистов в черной коже на самоубийственной скорости врезались в белую стену тумана, которая тут же поглотила уносящийся рев их машин.

— Плохо себя чувствует! — сказал Джой. — Да просто надрался! — Дождь хлестанул с неожиданной яростью. Из белесой тьмы возникали и проносились мимо смутно очерченные огромные грузовики, усеянные оранжевыми огоньками, словно яхты на регате. Поскольку я промолчал, Джой продолжил: — Миссис О'Раффети ничего не знает, но скоро ей все станет известно.