Книга Шпионский крючок, страница 55 – Лен Дейтон

Или об азартных играх:

— Когда ты выбрасываешь две кости, удача легко может повернуться к тебе. Впрочем, я видел людей, справлявшихся с шестью костяшками столь же легко, как и с двумя.

Глория подала соответствующую реплику:

— А разве это так трудно?

— Ха! — ответил он и, уцепившись за подлокотники своего кресла, пнул ногой полено, взорвавшееся в камине снопом искр. — Ха! С двумя костяшками? Нет, нетрудно! А вот шесть костяшек могут выпасть как угодно. Ты можешь выбросить и два раза по три, четыре и две костяшки, пять и одну, одну и пять. Словом, способов хватает…

Сидя к нам лицом и поглядывая на Глорию, он затем переводил взгляд на меня, словно пытаясь понять, насколько благородны мои намерения. Но к какому выводу он приходил, понять было невозможно. При желании Дронт более чем отлично умел скрывать свои чувства.

Болтая об искусстве и науке, кулинарии и политике, о прогнозах погоды и древнегреческой архитектуре, он все чаще проницательно поглядывал на меня. Словно весь вечер без остановки гонял машину и время от времени нажимал на тормоза, очевидно, когда ему приходило в голову, что я тот самый мужчина, который каждый вечер укладывает в постель маленькую дочку его старых друзей.

Во время одной из таких неожиданных пауз он вдруг выкинул вперед руку так, что его кулак остановился всего в нескольких дюймах от моего носа. Я продолжал сидеть не шевелясь и глядя на него. Клик! В пятерне скрывалась рукоятка ножа, и выскочившее блестящее лезвие чуть не коснулось моего глаза.

— Дронт! — встревоженно вскрикнула Глория.

Он медленно отвел нож и вернул лезвие в рукоятку.

— Ха-ха. Я хотел посмотреть, что представляет собой твой парень, — сказал он, не скрывая разочарования моим спокойствием.

— Мне не нравятся такие шуточки, — сказала она.

Готовясь к визиту, Глория купила две бутылки бренди в беспошлинном магазине, и Дронт откупорил одну из них еще до того, как пригласил осмотреть дом. Я отдавал предпочтение местному розовому вину, легкому и освежающему, но Дронту явно понравилось бренди в компании черных оливок, жареного цыпленка с овощной подливкой, козьего сыра и фруктов. В конце обеда он откупорил вторую бутылку и к тому времени, когда мы вышли в патио, чтобы полюбоваться окружающим видом, орал так громко, что его можно было услышать из Ниццы. Небо было ясным, казалось, все звезды висели над его хижиной, и, хотя стало чертовски зябко, холодный воздух ни в малой мере не охладил его возбуждения.

— Ну и ну, — сказал я. — Пробирает до костей.

— Этому дому сто пятьдесят лет, — ответил он, утирая с подбородка струйку бренди. — А стены в метр толщиной, мой дорогой.

Глория засмеялась.

— Так может, зайдем внутрь? — предложила она. Я видел, что его манера поведения ей не кажется необычной.

Он аккуратно примерился, чтобы без помех пройти в дверной проем, но стукнулся о косяк и приложился головой к филенке.

Несмотря на протестующие крики хозяина, Глория отправилась на кухню мыть тарелки. Решив доказать ему свое добродушие и безобидность, я попытался последовать за ней, но он остановил меня, резко дернув за рукав.

— Оставь ее в покое, дорогой, — хрипло сказал он. — Она все равно будет делать то, что хочет. Жу всегда была такой. — Он налил мне еще вина и выдернул пробку из бутылки с бренди. — Она прекрасная девочка.