Книга Герцог и гувернантка, страница 75 – Элоиза Джеймс

— Ложь! — с легкой торжествующей улыбкой ответила Диана. — У вас в глазах заметна неуверенность. И Леонидас пытался меня соблазнить — если можно так назвать его рискованные остроты — только один раз. Будь я зеленой дурочкой, возможно, в него бы и влюбилась. Это был номер третий, и пока что я все угадываю верно.

Норт мысленно себя одернул, подумав, что ведет себя как капризный младенец. И с этой мыслью схватил Диану за ногу.

— Не надо! — взвизгнула она и попыталась убрать ногу; при этом юбки у нее задрались, чему Норт был только рад.

Широко улыбаясь, он провел большими пальцами по ее ступне.

— Как, наверное, неудобно было ходить в этих туфлях!

Диана вдруг перестала вырываться.

— Ах, как хорошо! — выдохнула она.

Теплый, счастливый звук ее голоса пронзил его насквозь и сотворил с его естеством что-то невероятное.

— Номер четыре: я приобрел специальное разрешение на брак, поскольку надеялся уговорить вас выйти за меня замуж как можно скорее.

Она вгляделась в его лицо. Он сознательно старался успокоить дыхание, понимая, что дышит слишком часто и взволнованно — из-за того, что держит в руках ее нежную маленькую ножку, из-за того, как реагирует она на его прикосновения.

Пальцы у него дрожали от желания ее погладить — и подняться от ступни выше, выше…

— Ложь? — неуверенно спросила она.

Он не смог сдержать улыбку.

— Как вы проницательны, мисс Белгрэйв! Специальное разрешение я достал потому, что у меня было смутное ощущение, что вы попытаетесь все отменить. Я полагал — как оказалось, ошибочно, — что вас пугает то ли моя семья, то ли всеобщее внимание к герцогине.

— Первое — нет, но нужно быть сумасшедшей, чтобы желать себе второго.

Норт был знаком со множеством женщин, готовых душу продать за титул герцогини и всеобщее внимание.

— Специальное разрешение я собирался использовать, только если бы вас испугала мысль о венчании в соборе, если бы вы сказали, что не в силах выдержать толпу зрителей. Но то, что вы вообще не хотите за меня замуж, — добавил он, криво усмехнувшись, — мне в голову не приходило. Видимо, из-за характерного для герцогов самомнения.

Она не стала утешать его ложью о себе. Вместо этого грустно улыбнулась и, поджав пальчики на ногах, подтолкнула его руку левой ногой.

— Еще один пункт, и я получу туфли! — В ее голосе звучало такое неподдельное торжество, что он рассмеялся.

— Номер пятый и последний: я вас любил.

Эти слова повисли и затрепетали в сонном летнем воздухе.

— Как тут ответить? — заговорила она, не сводя с него взгляда. — С тех пор вы говорили и мне, и леди Ноув тоже, что я не разбивала вам сердце. Значит, ответ — нет.

Он молчал.

Диана чуть слышно ахнула.

— Да?!

Норт сам не понимал, что делает. В какую игру играет? Что поставил на кон: пару туфель, поцелуй — или нечто намного более ценное?

— Этот пункт пропустим, — сказал он. — Номер пять: тетушка Ноув — одна из тех, кто мне дороже всего на свете.

Диана рассмеялась с явным облегчением оттого, что напряжение между ними рассеялось.

— Это правда! Она ведь вам как мать, верно? В смысле, заменила вам мать?

Он кивнул и переменил позу — сумел встать на колени, не слишком раскачав лодку.

— А теперь я хочу получить свой поцелуй.

— Но вы же проиграли! — с негодованием возразила она. — Это я выиграла туфли!