Книга Герцоги предпочитают блондинок, страница 83 – Лоретта Чейз

— По-моему, вам пора домой, — сообщила она.

— Обычно я жажду услышать ваше мнение, — ответил он. — Вы умеете взглянуть на вещи с неожиданной стороны. Но сейчас несете какую-то унылую чепуху. Такое я и слушать не стану. Я собственными нежными ручками приготовил вам отвар из ивовой коры, и вы его сейчас выпьете. А на то, что я уйду, пока вам не полегчает, даже не надейтесь. Ни единого шанса. И, пока вы болеете, у вас нет сил меня прогнать.

Она отвернулась.

— Клара!

Она снова повернулась к нему, блеснула сердитым взглядом. Этот воинственный блеск в голубых глазах напомнил Рэдфорду ту девушку, что он знал.

— Для вас — леди Клара. Или «миледи». Или «ваша милость»… мистер Рэдфорд.

Рэдфорд прикусил губу, чтобы не рассмеяться. Ему вдруг вспомнилась первая встреча со взрослой Кларой. Эта безумная шляпа. Платье, похожее на торт, приготовленный сумасбродным французским поваром. А как высокомерно она приказала ему пойти в полицию!

Больше всего на свете он хотел, чтобы эта Клара вернулась.

— Если хотите уважения, давайте-ка принимайте лекарство как мужественная аристократка, — посоветовал он. — Вспомните французских аристократов: как они шли на гильотину, бесстрашно подняв двойные подбородки!

Губы у нее дернулись.

— Честно говоря, сейчас мне вспомнились далеко не французские подбородки моего кузена, — продолжал он. — Видели когда-нибудь старую карикатуру Гилрея на принца Уэльского? «Сластолюбец и ужасы чревоугодия» — так она озаглавлена. Создана во времена вашей бабушки. У моего отца в кабинете, на стене, висит копия в рамке. Принц развалился в кресле и ковыряет вилкой в зубах. Брюхо у него такое, что на нем не сходятся бриджи, половина пуговиц расстегнута. Жилет тоже растянут до предела и застегнут всего на одну пуговицу. За спиной у него мы видим переполненный ночной горшок. Еще дальше столик, заставленный сластями. Под ногами валяются пустые бутылки. В последний раз, когда видел кузена, сразу вспомнил эту картинку.

— Кузена? Вы про жирного Бернарда? — Тут она, кажется, сразу проснулась.

— Ни одной забавной истории не расскажу, пока не выпьете лекарство, — пригрозил Рэдфорд.

Клара вздернула подбородок. Хоть ее голова в измятом ночном чепце и покоилась на подушке, ей удалось хотя бы отчасти достичь нужного эффекта.

— Что ж, — сказала она. — Вы душите меня скукой и отказываетесь уходить. А теперь еще и отравить решили? Ладно, для разнообразия попробуем яд.

Он поставил отвар на столик у кровати. Затем остановился в нерешительности.

Рэдфорд прекрасно знал, что и как делать дальше. Много раз он помогал своему отцу сесть в кровати, чтобы его накормить. Получалось быстро, аккуратно, совсем без боли. Вот только Клара не его отец.

Она — уязвимая молодая девушка в одной ночной сорочке.

И надо же было именно ему, Ворону Рэдфорду, вдруг об этом задуматься!

Точнее сказать, внезапно сойти с ума.

Клара больна. Он прогнал от нее всех, кроме горничной, всю заботу о ней взял на себя. Превратился сразу во врача и в сиделку, поскольку никому больше не доверяет: другие из самых добрых намерений запросто могут прикончить больную. И прежде чем ей станет лучше, Рэдфорду придется провести с ней еще много интимных, даже очень интимных процедур.

Не то чтобы он никогда прежде не видал неодетых женщин. Да и к этой женщине уже прикасался. Держал ее в объятиях. Она сидела у него на коленях…