Книга Ателье на Петроградской для опального дракона, страница 61 – Камелия Найт

Пятнадцать лет работы отзываются во мне знакомым желанием немедленно разложить чужую беду на задачи: поговорить с заказчиками, пересчитать долги, загрузить простаивающий цех. Я умею спасать ту фирму. Делала это много раз.

— Хорошо, что понял.

— Да.

Он выходит, оставляя дверь закрыться без последней попытки переубедить меня.

После обеда звонки идут один за другим. Шестеро бывших коллег хотят узнать условия; четверо готовы начать завтра, двоим надо устроить домашние дела. Я повторяю: договор со службой, общая ставка, каждую куртку принимает инспектор, указаний из старого ателье не будет.

Одна женщина долго молчит в трубке.

— А старшей будешь ты?

— На этом заказе — да.

— Тогда я согласна.

После звонка я несколько секунд держу телефон возле уха. В горле стоит горячий ком.

Следом в сообщениях появляются фотографии документов и вопросы: брать ли свои ножницы, можно ли приехать прямо после смены, пустят ли без пропуска. Я отвечаю каждому. Личные инструменты можно, ткань — только выданную службой. Пропуска оформит Никитин. Впервые эти люди спрашивают порядок работы у меня, а не просят передать решение Андрею.

Когда-то я учила этих людей строить лекала, исправлять чужие ошибки, не выпускать вещь, если она сидит плохо. Потом ушла и решила, что всё это навсегда осталось за дверью ателье Беляева.

Нет. Моё мастерство ушло вместе со мной. И доверие некоторых людей тоже.

К вечеру из старого ателье приходит другая новость.

Во время полной инвентаризации на дальнем складе нашли несколько запечатанных рулонов старой ткани. Той марки, которую закупали ещё при мне, до предложенной дешёвой замены. Номера стоят в первых документах городского контракта.

Андрей присылает фотографии пломб и короткое сообщение: «Ничего не трогали. Уже сообщили следствию».

На этот раз он делает то, что должен, сразу.

Рулоны забирают в лабораторию. Я заставляю себя не строить планы, пока не будет результата. Внешне ткань похожа на нужную, документы выглядят правильно, но вся эта история началась именно с правильных документов.

Ответ приходит на следующий день.

Лаборатория подтверждает: ткань из запечатанных рулонов совпадает с архивной. На несколько десятков вставок её должно хватить.

Новость встречают криками, кто-то даже хлопает. Никитин уже тащит чистый список. Бывшие коллеги приезжают в тот же день, получают задания у меня и занимают свободные машины. Сначала они привычно ждут распоряжений от старшей закройщицы, потом поворачиваются ко мне.

Андрей не приезжает. Договора его фирме не дали. Он сообщил о ткани следствию и не стал мешать людям уйти на временную работу. От прошлого это его не освобождает, но сегодня он хотя бы сделал всё вовремя.

К вечеру я выбираюсь в собственную мастерскую. После общего цеха тишина звенит в ушах. На столе лежит недошитое шерстяное пальто обычной клиентки. Я расправляю мягкий рукав и вдруг ужасно хочу провести хотя бы один спокойный день, споря только с подкладкой.

Колокольчик обрывает эту мысль.

Роман вешает пальто у двери. Выглядит он усталым, зато движется так решительно, что я сразу замечаю папку в правой руке.

— Что там?

— Старое заключение пересматривают. До окончательного решения ещё далеко.

— Я не о комиссии.

Он кладёт папку рядом с шерстяным рукавом.