Книга Хозяйка каланчи. Княжна Пожарская, страница 96 – Адель Хайд

И мы пошли обратно. Проводник ждал нас на том же месте, где мы расстались. Он прищурился, посмотрел на нашу компанию и спросил:

— Вас было больше.

— Он решил остаться, — сказала я.

Проводник помолчал, но потом сказал, что духи берут свою плату.

— Нет, — сказала я, потому что у меня почему-то защемило сердце. — Он не потому остался. Ему… ему просто здесь хорошо.

И проводник улыбнулся так, что мне стало не по себе. Неужели? Неужели Ивану поставили условие? Я оглянулась на лес, мне захотелось вернуться. Но там, в Москве, умирал Александр.

И я снова сделала свой выбор.

Москва. Императорский дворец

Александр Николаевич Романов доживал свои последние часы.

Он уже второй день не мог встать. Просто лежал. Хорошо, что голова его ещё соображала и даже рука какое-то время могла держать перо, чтобы поставить нужные подписи в нужном месте.

Отец почти не оставлял его, постоянно был с ним.

Алексей Пожарский готовился стать кесарем в ожидании той, что должна вернуться, но никак не возвращалась.

«Как же всё странно и нелепо, — думал Александр. —Столько всего хотел сделать и не смог, не успел. Когда всё пошло не так?»

И вдруг раздался голос, который он не хотел слышать.

Это был голос графа Калиостро.

Александр медленно открыл глаза. В кресле дремал отец.

Нет, не отец.

Император всмотрелся.

На кресле сидел граф Калиостро.

— Вы мне кажетесь.

— Что есть реальность? — своими обычными загадками начал говорить этот мошенник.

— Исчезните. Не тратьте моё время, его и так не осталось.

— Вам нужно лишь немного подождать, — вдруг сказал Калиостро.

В голосе его больше не звучало загадочности. Голос внезапно стал похож на голос отца.

— Она уже в пути.

Александр закрыл глаза.

Ему так хочется увидеть Дашу, что уже мерещится Калиостро, который гарантирует ему это. Смешно.

И, сам не отдавая себе отчёта, зачем он это делает, Александр сказал:

— Я вам верю. На этот раз верю.

— Не расстраивайтесь так, Александр. Вы, люди, живёте желаниями, эмоциями. Вы так хотели посмотреть на неё своими глазами, что пошли на поводу у собственного желания. Жаль, что это привело вас к такой ситуации.

Александр хотел крикнуть: «Ведь это же вы сделали мне эти глаза!» — но у него не было сил.

Но Калиостро, видимо, всё-таки был порождением его больного мозга, в котором лекари тоже обнаружили метастазы, потому что он вдруг усмехнулся и сказал:

— Конечно, это был не я. Это были такие же, как и вы, люди, управляемые своими желаниями и эмоциями. Никому не нужна была ваша сильная империя. А молодой, умный император, который ещё сам не признался себе, что вознамерился жениться на женщине из рода Огнедержцев, — это был для них огромный риск. И они сделали всё, чтобы этого не случилось.

В ухе зазвенело, не в силах больше смотреть на постоянно меняющее лицо графа, Александр закрыл глаза.

— Может, она ещё успеет… Пока я жив.

* * *

Дарья Пожарская

Я снова сделала выбор.

Иван сам принял решение. Мне же надо было в Москву.

Теперь перед моим внутренним взором постоянно висели песочные часы. Песчинки сыпались и сыпались.

Александр, прошу, умоляю… Александр, дождись меня.

До Красноярска мы добрались быстро, но всё же недостаточно быстро. Не в один миг. Да, мы шли четыре дня, устали, как собаки, потому что почти не останавливались на ночлег.