Книга Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой, страница 190 – Ирина Чеботарь

Только Надя-то тут причём?

- А если и он? – Надя метнулась на кухню и уже через миг возвращалась со стаканом кипячённой воды. Я услышала треск замочка сестриной сумочки и скоро в моё горло полилась какая-то жидкость (Надя запрокинула мне голову, не спрашивая, я была точно кукла безвольная).

- Ух! Трави! Трави сестру! – Всплеснула руками раздосадованная тётка. – Сама сдурела от своего цыгана, теперь сестрёнке задури голову. Эх! Пропала девка! Обе пропали.

Ровно через десять минут в комнату входили люди в белых халатах. Тётушка таки вызвала скорую помощь. Я с покорностью тряпичного зайца вынесла несколько уколов, проглотила не меньше пяти таблеток и, в конце концов, перекочевала из родной кровати на носилки.

- Вы сами не понимаете, что делаете! – Кричала Надя на тётю.

Крик её удалялся.

- Ты её чуть не убила со своим шаманом проклятым! – Отбивалась тётя.

- Он не шаман!

- Все они чернокнижники!

В машине скорой помощи тётя и Надя угомонились. Но, лёжа между ними, сидящими по бокам салона, я чувствовала, как надо мной пролетают стрелы невысказанных упрёков, пущенные испепеляющими взглядами. Невольно я стала яблоком раздора.

Меня определили в реанимацию, к счастью, посетителей туда не пускают. Мои неугомонные родственницы остались за порогом.

Напоследок Надюша шепнула мне: «Вот увидишь, завтра ты встанешь на ноги».

Так и вышло. Проведя ночь в реанимации, я проснулась обновлённым человеком. Я бодро вскочила с кровати, по-кошачьи долго потянулась и принялась делать утреннюю гимнастику, чем сильно напугала вошедшую сестричку.

- Ты же вчера умирала? – Недолго думая, спросила девушка.

- А сегодня вот живу. Можно мне домой?

- Ну, я не знаю, - она вышла и скоро вернулась с врачом. – Вот.

- Здравствуйте. – Я продолжала разминать кости и мышцы.

- Что это вы делаете, больная? – Доктор средних лет сурово, но не страшно, сдвинул брови.

- То, что и всегда — зарядку. И вы ошибаетесь — я не больная.

- Лягте немедленно в койку. У вас смертельный диагноз.

Я заметила, что врач осторожно озирается по сторонам, подозревая во мне, пышущей здоровьем, лазутчицу, непонятно, по каким причинам вторгнувшуюся в реанимацию, в то время как настоящая больная, которой следует, как написано в бумагах, умирать, прячется где-нибудь под кроватью.

- Кто вам такое сказал? – Я потянулась к потолку за руками.

- Ваши анализы.

- Они ошиблись

- У нас здесь, знаете ли, не шарашкина контора, чтобы ошибаться.

- По-вашему, я похожа на покойника? – Тут я вспомнила, что с докторами бесполезно спорить и сменила пластинку. – А, может, это ваше лечение оказалось так действенно?

- А вот это похоже на правду. – Врач смягчился и добродушно улыбнулся сестричке. – Переведите Антипову в токсикологическое отделение.

- А можно домой?

- Сделают повторные анализы, тогда и решим.

Войдя в палату токсикологии, я глазам не поверила. На кровати у окна сгорбленная и понурая сидела бабушка Руфь.

- Наташа! – Радостная оживлённость мгновенно вспыхнувшая на её лице, согрела мне сердце. – А мы не знали, что и думать. Сашины кузены ищут тебя по всей Одессе.

Мне вспомнилось, как я, убитая горем, бегала по городу, разыскивая Максима. Казалось, это случилось вечность назад, какою же наивной дурой я была.

- А вы что здесь делаете? – Мой вопрос прозвучал по-идиотски, да поздно было исправляться.