Книга Нас предупреждали, страница 52 – Челси Ичасо

— О боже, – выдыхает Виктория, когда фигура буквально исчезает в густом тумане прямо у нас на глазах.

— Она знает, – шепчет Генри. – Она знает, и поэтому ей нужно меня остановить. Пока я не узнал правду об убийстве Николаса. Но я ее все равно узнаю. Иначе никак. В этом весь смысл моей документалки. Именно из-за записки я решил сделать дипломную работу на тему проклятия. Вот зачем… – Объектив дергается, уходя вниз: наверное, Генри обо что-то споткнулся. Изображение дрожит, а потом мы видим, как Генри выходит на тропинку, извивающуюся среди растительности. – Вот зачем я подбил старшеклассников устроить эту вечеринку.

Он снова принимается искать фигуру – камера мечется туда-сюда в рваном, тошнотворном ритме, пытаясь заглянуть в каждый угол.

Потом наступает чернота.

— Это все, – говорю я, когда запись останавливается. – После этого Генри потерял камеру. Потом я ее нашла, но у него больше не было возможности поснимать до того, как… – Слова тяжело повисают в воздухе, и все молчат.

— Значит, Диего посмотрел видеозапись и увидел эту записку, – нарушает тишину Калеб. – Он думал, что именно так проклятие передалось ему.

— А теперь оно передалось нам, – мрачно замечает Виктория.

Неудивительно, что Генри был настолько не в себе в ту ночь. А я не сделала ничего, чтобы помочь ему.

— Он… он сказал мне, что видел эту женщину, – говорю я, – но я ему не поверила.

— Эй. – Калеб подходит к кровати и кладет руку мне на плечо. – Ты не виновата. Я тоже сначала не поверил Диего, помнишь? Теперь будем действовать исходя из того, что нам известно на данный момент.

— И что же это? – встревает Виктория, не сводя глаз с ладони Калеба у меня на плече.

Я высвобождаюсь из его пальцев, сделав вид, что мне хочется походить по комнате.

— Мы знаем, что какая-то правда «погребена в руинах». Генри сказал, что это касается смерти Николаса Блэкмора. А что, если в городе знают не всю историю? Что, если есть железобетонные улики, способные все перевернуть с ног на голову? Что-то, что скрывается под всей этой гнилью. И тот, кто был там той ночью – тот, кто скрывается под черным капюшоном, – тоже это знает. – Я с содроганием думаю о сверхъестественных движениях той фигуры. – И готов убивать, чтобы это не выплыло наружу.

— Итак, – говорит Джеймисон, – кто бы мог оставить эту записку под носом у Генри?

— Может, тот, кто хочет, чтобы мы узнали правду о проклятии? – предполагает Виктория. – Может, оно на самом деле существует. А доказательства скрыты где-то в развалинах «Виллидж».

— Или тот, кто хочет обнародовать правду об убийстве Николаса Блэкмора, – выдвигает теорию Калеб. – А может, даже хочет оправдать миссис Блэкмор.

— Ну, миссис Блэкмор умерла, – говорит Виктория. – Она покончила с собой в тюрьме. Так что, если это реально не ее призрак вернулся, чтобы обелить ее честное имя, это должен быть кто-то другой.

— Дочь, – произносит Калеб, глядя на меня.

Я хмурю брови.

— Аделина Блэкмор, которая после убийства уехала из Фэйрпорта и которую в последний раз видели в доме совместного проживания со строгими правилами входа и выхода для жильцов?

— Может, она соврала персоналу о том, куда идет, – предполагает Джеймисон. – Или заслужила возможность входить и выходить в любое время дня и ночи.