Книга Нас предупреждали, страница 82 – Челси Ичасо

Похоже, она отчаянно хочет сохранить свой секрет. Это объясняет, почему ее подруге, миссис Лафферти, пришлось направлять меня сюда с помощью зашифрованного послания.

— Мне правда жаль, что тебе пришлось столько всего пережить, но мне нужно вернуться домой, к маме, которая точно знает, где я сейчас нахожусь.

— Пожалуйста, – просит она, и на вид ей сейчас можно дать намного больше ее тридцати трех лет, – просто присядь, попей чаю, и давай поговорим.

Вытянув шею, я кошусь на чашку с чаем, стоящую на прежнем месте.

— Ну конечно. Я сейчас выпью чаю и больше не проснусь. Хороший план.

— Я ничего не подсыпала тебе в чай, – со вздохом говорит она.

— Но телефон-то мой ты стащила, – говорю я, переминаясь с ноги на ногу. – Почему я должна тебе доверять?

— Я не хотела этого делать. – Она бросает взгляд на мой телефон у себя в руке. – Я просто не могла рисковать и позволить тебе рассказать обо мне кому-то. Сначала выслушай мою историю, Иден. Я никого не убивала, но, – она прикрывает глаза, – это я подкинула Генри ту записку.

— Что? Серьезно?

Она кивает.

— Положила прямо сюда, на стойку.

Я думаю о той видеозаписи, на которой Генри показал записку крупным планом, когда обыскивал тот ужасный дом. «Правда погребена в руинах “Виллидж”». Он предположил, что ее оставил кто-то из посетителей, потому что понятия не имел, кто его работодатель на самом деле.

— Ладно, я слушаю, – говорю я, пятясь задом обратно в зал, чтобы не выпускать ее из виду. – Но свой отравленный чай можешь оставить себе.

Закатив глаза, она идет за мной.

— Спасибо. – Она берет чашку и рогалик со стойки и ставит их на ближайший к себе стол. Потом жестом указывает мне на стул, а себе выдвигает другой.

— Значит, ты не против, если я это выпью и съем. – Она подносит чашку к губам и делает небольшой глоток. – Видишь, никакого яда.

— Но ты годами вырабатывала в себе толерантность, – произношу я, – специально для такого случая.

Она вздыхает, потирая глаз, я хватаю рогалик.

— Я его съем, – объясняю я, – потому что ты его испекла до того, как я догадалась, кто ты на самом деле.

— А еще мои рогалики слишком соблазнительны, – добавляет она, сверкнув голубыми глазами.

— И это тоже. – Я пробираюсь между столиками и сажусь напротив нее, потом протягиваю руку. – Мне придется отправить свое местоположение другу, или сделка не состоится.

Выражение ее лица остается беспристрастным, и она продолжает сжимать мой телефон в кулаке.

— Обещаю, я никому не напишу, кто ты такая на самом деле, – уверяю я, чувствуя запах гари, разносящийся по залу. – Но ты тоже должна пойти мне навстречу. А еще мне кажется, что сейчас здесь сработает пожарная сигнализация: я оставила один противень в духовке.

Замерев, Аделина бросает взгляд в сторону кухни.

— Ладно. – Фыркнув, она подталкивает ко мне телефон и убегает.

Я смотрю на входную дверь: может, все-таки свалить отсюда?

Но у меня так много вопросов, а она может быть единственным человеком, у которого есть ответы. Пока она разбирается со своей кулинарной катастрофой, я нахожу в контактах имя Мэй и начинаю печатать. Но потом стираю все, что написала, открываю чат с Калебом и печатаю: «Горячая кружка. Срочно. Пожалуйста, приезжай». Тут же отправляю, не давая себе шанса передумать, хотя еще и часа не прошло с тех пор, как он показал мне, что ему на меня наплевать.