Книга Моя чужая женщина, страница 98 – Ольга Дашкова

— Но я бы взял.

— Знаю, мой любимый викинг, знаю.

Она целует меня, едва касаясь губами, сжимаю руками бедра, хочу чувствовать ее каждой клеточкой своего тела. Арина трется о мой каменный стояк, углубляет поцелуй, ласкает мой язык своим, а я, просунув руки между нашими телами, ласкаю ее между ног. На пальцах влага, в голове шум, в груди огонь.

Все происходит молча, нам не нужны слова. Арина приподнимается, помогает рукой, оседает на мой член, делает это слишком медленно, скриплю зубами. Моя девочка стонет, шипит как кошка, откидывает голову назад, раскачивается на мне, делает круговые движения бедрами, а сама ласкает свою грудь, щипает соски, кусает губы.

— Дьявол, Арина, я так сдохну под тобой.

Улыбается, но тут же, открыв глаза, наклоняется вперед, двигает попкой. Это сейчас не я ее, а она меня трахает. Хочется перевернуться, уложить ее на спину, войти возбужденным до предела членом глубоко, но я даю ей полную свободу.

Арина ускоряет движения, стонет громче, щеки порозовели, губы приоткрыты, в глазах туман. Вот она замирает на секунду, часто дышит, а потом, обхватив мой член внутренними мышцами, сжимает его, кончает, режет воздух криком.

Ухватив за шею, тяну на себя, впиваюсь в губы, делаю несколько выпадов бедрами, кончаю вслед за ней. Задыхаюсь эмоциями и запахом моей женщины.

— Ты невероятная, моя невероятная девочка, – целую лицо, укладывая Арину на бок, выхожу из нее. – Но нам сегодня нужно успеть на свадьбу.

— Свадьбу?

— Да, хочу сделать тебя своей женой. Нас ждут в ЗАГСе к двум.

— Тихон… это… это предложение? А который сейчас час?

Арина хочет подняться и найти часы, но я не даю, заставляя смотреть в глаза. Мне очень важно, как она отреагирует, никому никогда не делал предложение.

— Все должно быть не так, да? Но у меня есть кольцо.

— Я не знаю, как должно быть. Просто не знаю. Мне никогда не делали предложений.

Улыбается, в безумно красивых глазах искры. Убираю волосы с лица, глажу пальцами, не могу на нее насмотреться.

— Викинг пал к ногам женщины?

— Викинга никто не сможет сломить. Нет, он не пал, он нашел в ней силы и смысл.

— Не хочу думать о том, что могу тебя потерять, быть хозяином города очень опасно. Мне та женщина в лесу говорила, что у тебя неприятности.

— Хочешь, уйду и буду водить трамвай?

— Нет, не надо отнимать чужой хлеб.

— Не буду, если ты согласишься.

— Я согласна.

— Люблю тебя.

— И я люблю. А что за кольцо?

— Сейчас принесу.

Поднимаюсь с кровати прямо так, голый, и иду к комоду. Черная бархатная коробочка лежит в первом ящике, подхожу вновь к Арине, она лежит, едва прикрытая одеялом, красивая до рези в глазах.

— Только не вставай на одно колено, не надо, Тихон.

— Я ночью сделаю кое-что более приятное на коленях перед тобой. Надеюсь, с размером не ошибся, а то разгоню к чертям весь магазин.

У самого слегка дрожат руки, но колечко с круглым небольшим кристально чистым бриллиантом подходит на безымянный пальчик идеально.

— Оно очень красивое.

Арина тянется, целует меня, но потом испуганно смотрит в глаза и бледнеет.

— Что, что случилось? Арина, что?

— Тошнит.

Бросает одеяло на пол, скрывается за дверями ванной.

— Сначала в ЗАГС, а потом к врачу!

Кричу вслед упругой, убегающей от меня попке, нахожу в ворохе нашей одежды свой телефон, читаю уведомления, десятки пропущенных звонков.