Книга Двойные неприятности для бывшего, страница 29 – Катя Озерова

Я полный идиот!

Как я мог это не рассмотреть сразу? Миша похож на меня. На меня!

Кажется, даже больше, чем Арсений. Чертовщина какая-то получается. Аля сбежала от меня, будучи беременной. Она ушла сама и сына моего забрала.

Упираюсь ладонью в зеркальный шкафчик перед собой. Все тело напрягается, каждый мускул спазмируется, жилы натягиваются. Мне становится тяжело дышать. Встречаюсь с собственным совершенно ошалелым взглядом в зеркале.

— Твою мать! — вылетает у меня хрипло. Ладонь с силой надавливает на хлипкую дверцу. Та жалобно скрипит и слетает с петель. Падает вместе с зеркалом прямо в раковину. Стекло разлетается на сотни осколков, усыпая собой раковину и пол.

Заставляю себя медленно выдохнуть. Мне нужно прийти в себя, чтобы не устроить грандиозный скандал и не натворить дел при детях. Пора глубоких вдохов и выдохов. Сжимаю решительно ладонью ручку двери и выхожу в гостиную. Быстро пересекаю пространство, в кухне сажусь обратно на свое место.

Спокойствие, Бероев. Ты бизнесмен! Ты такие сделки проворачивал, в таких переговорах участвовал, что сейчас обязан взять эмоции под контроль и начать думать.

— А что это был за шум, пап? — Арсений хмурится.

— Ящик в ванной упал, — хриплю.

Мишка сразу же закатывает глаза. Ну вот же, вот! Мимика как у меня, как у деда. Мелкий надменный паршивец — весь в своего отца. Арсений… Он намного мягче, спокойнее, любит сглаживать углы. В нем от мамы много.

— Нужно будет вызвать кого-то из персонала, чтобы починили. — Аля оперативно допивает кофе и хлопает в ладоши. — Ну что, ребята, вы готовы?

— Да! — отвечают мальчишки синхронно.

Неужели Аля думала, что я не догадаюсь?

Они же похожи, мать твою! Братья. На меня оба похожи! На своего отца! Оправдываю свою слепоту лишь тем, что все это время был сосредоточен на Але. Только она была у меня в голове, ее предательство. А на Мишку — как на плод ее мифической измены — я старался смотреть как можно меньше.

Идиот!

— Я могу сама их отвести, — говорит Аля.

— Нет, давай вместе, — поднимаюсь следом за всеми, быстро одеваюсь в спальне, путаюсь в собственной рубашке и в штанах. Пальцы дрожат, движения рваные. Давно со мной такого не было.

У выхода стоят уже полностью одетые Арсений с Мишкой. Аля накидывает на себя пуховик. Ее напряженный взгляд устремлен на улицу, где продолжает валить снег.

Да, птичка, ты попалась. Потому что вряд ли дороги расчистят до завтра, свалить у тебя отсюда вместе с моим сыном не получится.

— Пап, ты чего такой странный? — спрашивает Арсений. — Болит что-нибудь?

— Он не странный. Он злой. Он все время злой, — хмыкает Мишка. — Пошли, я тебе кое-что интересное расскажу! — хватает брата за руку и бежит с ним на улицу.

Вот же мелкий… мелкий… мой сын. Черт, как теперь с ним препираться? Я же правду знаю. Тут даже теста ДНК делать не надо, но я его сделаю. Сделаю и Але предъявлю, если она и дальше артачиться будет! Что она на это скажет, а?

Мы с Алей медленно идем следом за детьми. Я дышу натужно, как паровоз с углем, поднимающийся в гору.

— У тебя кто-то есть? — задаю интересующий меня вопрос. Я точно должен знать, если рядом с моим сыном какой-то посторонний мужик.

— Тебя это не касается, — Аля ускоряет шаг и идет впереди.

Не касается?

Меня?

Отца?

И не касается?