Книга Пропавшая истинная, страница 71 – Лана Нежная

Когда Егор вернулся, стало понятно, что мы не успеем доехать. Слишком стремительно всё развивалось.

А дальше — как в тумане. Суета, вода, тазы, полотенца, простыни. Егор был собран как никогда. Он побледнел, но слушал каждое наставление врача по телефону, его руки даже не дрожали. Я тоже очень старалась. Мила паниковала, бегая из угла в угол. Марк просто стоял растерянно в сторонке, вжавшись в косяк двери.

Когда он упал в обморок от моих стонов, я даже на минуту перестала чувствовать боль. От неожиданности.

— Мила, помоги ему, — просила я, вытирая пот со лба.

— Ага, щас, — отмахнулась она, подавая мне влажное полотенце. — Отъехал сам, пусть сам и разбирается.

— Он же прямо на полу валяется… вдруг ударился?

— Поверь, ему сейчас точно лучше, чем тебе. Пусть Волк его разбирается…

Через минуту возле меня уже сидел его волк. Огромный, серый, он скулил и тыкался мокрой мордой мне в руку.

— Не переживай, мой хороший, — выдохнула я, гладя его по щеке. — Больно мне, им не больно. А я потерплю. Правда. Но он продолжал скулить, его хвост нервно бил по полу.

Первым на свет появился наш сынок. Очень уж бойкий и резвый, а ещё громкий. Его крик разнёсся по всему дому. Егор сам принимал его, ловко перерезал пуповину, протирал и делал всё по инструкциям Машеньки.

Мила рыдала как ребёнок, когда Егор передал его прямо ей в руки, наспех завёрнутого в пеленку.

— Мой, только мой, никому тебя не отдам, — шептала она, прижимая кроху к груди.

Малыш, будто почувствовав их связь, тут же успокоился, чмокнул пару раз губами и уснул.

А вот с малышкой всё пошло не так. Наша дочь появилась на свет быстро, была меньше брата, но такая же шумная. Когда Егор сделал всё по инструкции и аккуратно передал её Марку, тот только успел выдохнуть: — Моя…

Как она подняла крик. Не хотела быть у него на руках ни в какую. Выгибалась, орала, краснела.

— Что? Что я сделал не так? Ей больно? — спрашивал растерянно Марк, его голос срывался.

А мы не понимали. Если она чувствует связь, то он для неё — самое безопасное и спокойное место на белом свете. Даже мы, родители, будем ощущаться не так. Егор быстро забрал её. Марк отдал, не сопротивляясь, его плечи опустились. Дочь тут же успокоилась, затихла, почувствовав запах и прикосновения отца.

— Я её чувствую, — шептал Марк, и его взгляд выражал полное непонимание происходящего. — Каждой клеткой. Что не так? Почему она так реагирует?

— Марк, ты только не переживай, — сказала я спокойно, хотя у самой всё оборвалось внутри. — Кажется, связь односторонняя.

Он посмотрел на меня так, будто я сказала, что Земля квадратная.

— Этого не может быть… Так не бывает… Нет…

— Марк, успокойся, мы разберёмся, — сказал Егор. Его голос был спокойный, но твёрдый, как гранит. — Не ты первый. Я уже проходил через это.

— Почему я? Почему мы?! — не унимался Марк.

— А почему я? — спросил его Егор, осторожно укладывая дочь мне на грудь. — Думаешь, мне было легко? Чувствовать её и понимать, что она вообще ничего не чувствует в ответ? Что я для неё просто посторонний человек, тихий, угрюмый сосед? М?

Марк молчал, глядя на спящую кроху.

— Но Мила… у неё же всё в порядке, почему я?

— Мы не знаем, — вздохнул Егор, подходя к нему и кладя руку на плечо. — Но мы разберёмся. Кажется, дочь у нас тоже особенная. Как и её мать.