Книга Пропавшая истинная, страница 73 – Лана Нежная

Имена мы придумали давно. Иван и Варвара. Ваня и Варя. Звучит крепко, по-русски, по-нашему.

А вот паспорта… Я посмотрел на Катю, она — на меня. Мы до сих пор не женаты. Как-то не до ЗАГСа было…

— Матвей, а можно и брак нам оформить? — спросила Катя, поняв моё замешательство.

— Можно, конечно, — кивнул Альфа. — Связи есть везде. Завтра будет готово.

— Катюш, а как же свадьба? — спросил я, чувствуя себя вдруг очень виноватым.

— Да кому она нужна, эта свадьба, — отмахнулась она, — когда у меня есть ты и дети.

Сказала и обняла меня. Прижалась щекой к моей груди, и я почувствовал, как бьётся её сердце — ровное, сильное, живое.

— И то верно… — растерянно согласился я, прижимая её ближе. Сто тридцать лет ждал пару, а свадебный марш мне сыграли два орущих младенца. Ну и ладно. Мне нравится.

— Тогда сначала вас женим, потом детей записываем, — одобрительно кивнул Альфа.

—

Пока Маша обсуждала какие-то вопросы по малышам с Катей и Милой, мы с Матвеем вышли на крыльцо. Воздух был свежий, пахло весной.

— Когда переедёте? — в лоб спросил Альфа.

— Пока не можем. Луна без метки, не готова ещё.

— Хм… Тяжело будет с новорождёнными тут, в глуши.

— Ничего, у нас вон няньки бесплатные, — кивнул я в сторону дома.

— Я так понял, у Милы всё хорошо, а у Марка нет. Что не так?

— Дочка его не признавала, — сказал я, и слова эти давались тяжело. — Как и Катя меня сначала…

— Вот же… — Альфа покачал головой. — Это ещё и по наследству, что ли, передаётся?

— Похоже на то…

— Егор, и что ему теперь делать? — в голосе Альфы звучала настоящая отцовская боль.

— Быть рядом. Больше пока ничего. Она привыкнет постепенно, и связь проявится. У них впереди времени ого-го.

— Ждём вас. Очень. В стаю возвращайтесь скорее.

— Как только, так сразу, Альфа.

— Марку помоги, пожалуйста, — он посмотрел мне в глаза. — Лучше тебя никто не сможет. Он ведь не такой уравновешенный, как ты. Может начудить сгоряча. Малышку не обидит, но мало ли…

— Помогу, — пообещал я. И знал, что сдержу слово. Потому что я был на его месте. И знал, каково это — чувствовать связь, которая идёт только в одну сторону.

—

Врач помогла Кате с кормлением, учила правильно прикладывать малышей, показывала, как держать, как мыть, как менять подгузники. И они уехали. А мы остались. Уставшие, но счастливые. Все, кроме Марка.

Он ходил сам не свой. Тени под глазами, взгляд потухший. Он даже выпускал волка, пытался подойти к Варюше. Его огромный зверь осторожно, почти нежно ткнулся носом в крошечную ручку дочери. И она сразу начала плакать. Громко, надрывно, всем своим маленьким телом показывая: нет. Ты мне не нравишься.

Волк отшатнулся, как ошпаренный. Сел в углу и заскулил. Он тоже не понимал, что не так. Но сделать никто ничего с этим не мог.

—

Начались наши родительские будни.

У нас и с одним-то опыта не было, а тут сразу двое. Это то ещё испытание на прочность. Вдвоём, одновременно, есть эта парочка не хотела: пока Катя одного кормила, другая орала. Или наоборот. Потом кто-то из них хотел спать, кто-то ещё не наелся. А потом нужно было менять памперсы… Дети передавались с рук на руки, как горячие угли. Круговорот детей в природе какой-то.

Я не спал нормально трое суток подряд. Мой организм оборотня справлялся, но глаза были красные, руки тряслись от усталости. Мила вовсю защищала Ванечку. Он для неё был самый идеальный ребёнок, даже когда не давал спать всю ночь напролёт. Она баюкала его, пела ему песни, носила на руках и смотрела с таким обожанием, что у меня сердце сжималось.