Книга Новая хозяйка старой фабрики, страница 118 – Елена Романова

Я не смотрела по сторонам, лишь под ноги — ступени, ковры, блестящий пол из светлого дерева.

— Я возьму вас и отнесу наверх, — произнес Маршалл. — Держитесь крепко, госпожа.

— Мальчика… найдите Радима, — прошипела, позволив управляющему отнести меня в комнату и уложить на бок в теплую постель.

Меня окутал аромат чистых простыней, уюта и, наконец, я действительно ощутила — все ужасы заточения позади.

В комнате суетились.

Я вновь увидела доктора, он велел напоить меня чем-то мятно-горьким.

Мне растерли ступни — запахло алкоголем. Таша мягко укутала мои ноги, любовно поправила подушку и погладила ладошкой по волосам.

— Поспи… поспи, Ивушка.

Солнечный свет скрылся за портьерами, в мягком полумраке я буквально затерялась и утонула. Слышался только девичий плач, хлопки дверей, шум внизу… в холле. Мне померещились хриплые мужские стоны, и вскоре моя подушка намокла от слез.

А потом я проснулась — солнце все также светило в щель между портьерами. Я чувствовала себя идеально выспавшейся. Кожа на спине была стянута. Кажется, эшафот, кнут и плети — это что-то из прошлого, причем далекого и чужого. Мне захотелось встать и начать действовать — внутри полыхала жажда воли, жизни и движения.

— Ивушка?

Я повернула голову, увидев, как Таша спускает с кресла ноги — она спала в нем свернувшись, как кошка.

— Ты хочешь воды?

— Предпочла бы что-то покрепче…

Она удивленно застыла, потупилась и пробормотала:

— Сейчас принесу.

— Я шучу, краса моя, — осторожно спустив ноги на пол, я заметила, что ступни у меня красные и неприятно шершавые. — Мне бы помыться, а потом я бы встретилась с господином Корнуэллом. Как он?

— Хорошо.

— Кувыркается с женщинами и исполняет сальто с седла? Я серьезно, Таша. Как он себя чувствует?

— С ним эта его… ну.

Кивнула.

— Ну раз там «эта», то буду надеяться, что любовь животворящая быстро поставит его на ноги.

Я поднялась, медленно пошла в ванную.

Таша полила мне на руки из кувшина, и я умыла лицо и шею.

— Я позову доктора, — произнесла она. — Он сказал, что нужно перевязать.

Да-да…

Я постаралась привести себя в порядок — насколько это было возможно. А после того, как явившийся доктор, вновь намазал мне чем-то спину и замотал рану, я сказала:

— Мне нужно увидеть господина Корнуэлла. Он может меня принять?

— У него жар, но он в сознании и держится хорошо. Но я бы не советовал…

— Значит — может.

Так я и поступила.

Таша, конечно, смутилась, потому что я оделась небрежно — приказала принести мне мужнину хлопковую рубашку, которая не должна была сильно прикасаться к спине. С Ташиной помощью одела одну из нижних ее юбок я. Волосы попросила собрать повыше.

И вот такой прекрасной я дошла до покоев хозяина и вместе с доктором заявилась к нему.

Одна портьера была распахнута — стоял запах трав, меда и золы. Комната была большой — даже не совсем спальня, скорее внутреннее рабоче-спальное пространство. Но кровать была внушительной, роскошной и высокой.

Кристиан лежал на животе, под грудью была подложена подушка, чтобы создать небольшой уклон. А перед ним на полу сидела хрупкая, нежная девушка в красивом, но вполне простом платье. Она коротко обернулась и, увидев меня, испугалась — даже слезы в глазах высохли.

На пороге я остановилась лишь на секунду, а затем смело прошагала к постели.