Книга Псы и чародеи. Книга 1, страница 145 – Наталья Резанова

Лалаге тем временем находилась в рыбацкой лодке, направлявшейся в Кальюб – небольшое княжество на побережье, платившее дань мерхитам, но сохранявшее относительную самостоятельность. Попутный ветер, позволивший ей удалиться от Лунных островов, сменился штилем, пришлось сесть за весла. Вода и кое– какая еда у нее были, и Лалаге предполагала, что их хватит до Кальюба. А если нет – продержится несколько дней без еды и питья. Вообще-то побыть в море, под палящим солнцем ей даже полезно. На ней была одежда бывшего владельца лодки, волосы она обрила, а голову повязала полотняной тряпицей. Но этого недостаточно, чтоб сойти за рыбака. Она несколько раз купалась в море. Соленая вода, высыхая, огрубляет кожу, но этого Лалаге и добивалась. Заодно отобьется, кажется, намертво въевшийся аромат притираний. По пути она успеет подобающим образом отощать и загореть. И руки, руки, Привратник побери! Сейчас они были обернуты тряпками и кровоточили, поскольку жестоко стерлись.

«Ничего, потерпим. Такая наша жизнь – сперва отбеливаем кожу и выводим мозоли, потом обгораем и натираем мозоли… Забавно».

Ее никто не должен был встречать в случае удачи (а в случае неудачи встречать было бы некого). Даже заказчик не знал, кто был исполнителем, вполне мог подумать, что в самом деле евнух… Правда, Лалаге тоже не знала имени заказчика, так что все справедливо. Она служит аббатству, аббатство же служит королю Герне и себе самому.

От Кальюба она рассчитывала добраться до Гекаэйры, где предположительно имелся связной аббатства. Возможно, там ее ждет новое задание. И отлично.

Воспитанники Приюта у Семи Богов, странствуя по миру, всегда тосковали о единственном своем доме, но, возвращаясь в стены аббатства, порой скучали по прежним трудам. Поэтому наставники порой возвращались в действующие агенты… и снова со временем тосковали по аббатству. Но Лалаге еще не достигла того возраста, когда начинают мечтать о возвращении в аббатство, знала лишь то, что задания следует исполнять.

Солнце палило, холщовые рубаха и штаны пропитались потом, пот заливал даже глаза. Ладони под повязками зверски саднили. Ничего, это полезно после месяцев безделья и обжорства. Очень хотелось пить, но Лалаге решила, что потерпит с этим до вечера. И снова налегла на весла.

1561 г. от У. К., за девять лет до событий.

Аббатство Семи Богов

На раннем этапе существования аббатства были споры, в чье ведение отдавать изучение снадобий – святилища Мастера или Дочери? Составление снадобий есть ремесло, а ремеслам покровительствует Мастер, утверждали одни наставники. Другие возражали: снадобья – не только лекарства, но и яды, а яды – это оружие. Оружие же находится в ведении Дочери. И получали закономерный ответ: а какая из дисциплин, преподаваемых в Приюте, не может быть использована в качестве оружия? Однако в конце концов точка зрения сторонников Дочери возобладала. Расса – богиня не только войны, но и мудрости. В том числе – покровительствующая медицине. И лекарства, и яды проходят по этому ведомству, не так ли?

Воспитанникам нравилось заниматься у брата Кигана. Не только потому, что он прекрасно знал материал. Но далеко не все имели склонность к составлению снадобий. Просто в свои лета воспитанникам скучно было сидеть в помещении, а брат Киган, за исключением зимних месяцев, занятия предпочитал проводить под открытым небом. В саду аббатства – несмотря на холодный климат – умудрялись выращивать даже теплолюбивые растения, а фрукты из сада служили подспорьем к столу. Или за стенами, на окрестных склонах и лугах. Ибо следовало уметь употребить с пользой не только специально культивируемые растения, но и те, которые окажутся под рукой.