Книга Тень отступника, страница 43 – Артём Гармашов

Нар'каз сжал рукоять меча и опустил забрало. Шагнул вперёд.

— Уздень!

Карвек оказался рядом быстрее, чем Нар'каз успел сделать второй шаг. Перехватил его за локоть.

— Ещё не время. Мы держимся. Вы нужнее здесь.

Нар'каз стряхнул его руку. Но с помоста не сошёл.

Сотня снова двинулась в натиск.

Светлые встретили её плотнее, чем прежде. Первые ряды сшиблись, загородили друг друга щитами, и бой опять сжался в несколько шагов у моста. Кто-то падал под ноги. Кто-то откатывался к самому краю. Копья ломались, мечи скользили по доспехам, кровь быстро темнела на камне.

Нар'каз остался на помосте, сжав рукоять меча. Он не двигался — смотрел, где строй светлых начнёт расходиться.

Ждал.

Ветер оборвался. Ещё миг назад он ходил по ущелью, гудел в расщелинах, трепал плащи и стяги — и вдруг исчез, будто его перерезали.

Нар'каз вскинул голову.

— Щиты! К земле! — заорал он.

Но приказ опоздал.

С моста сошёл светлый эльф без доспеха. На нём была длинная белая мантия, и даже в утренней серости она резала глаза. Он поднял обе руки к строю тёмных эльфов. Глаза его горели золотом, губы быстро шевелились.

Воздух рванулся вперёд.

То, что секунду назад было ветром, сжалось в узкие, почти невидимые полосы и ударило в строй. Передние шеренги, успевшие пригнуться за щитами, уцелели. Остальным повезло меньше. Больше двух десятков нукеров выбило из строя сразу. Кого-то швырнуло на камень. Кого-то развернуло и потащило вбок. Кого-то рассекло так, что доспех лопнул вместе с телом.

По ущелью брызнули кровь, железо, обрывки ремней.

Потом снова стало тихо.

Ненадолго.

Сначала застонал кто-то из раненых. Потом сорвались команды. Уцелевшие поднимались, спотыкались о мёртвых, хватали щиты, подбирали копья, торопливо смыкали строй. Древки стучали о камень, щиты — друг о друга. У кого-то дрожали пальцы, но порядок всё-таки возвращался.

И всё же теперь вперёд шли уже светлые.

Сотня больше не напирала. Нар'каз увидел это с помоста сразу.

Передние шеренги упёрлись щитами в щиты и начали сдавать. Сначала на полшага. Потом ещё. Задние ряды оглядывались, пытаясь понять, куда отступать в таком тесном месте.

Молодой нукер из крайней десятки обернулся через плечо.

Нар'каз перехватил его взгляд.

— Тарханы — в строй, — бросил он, не оборачиваясь. — Держать спины.

Пятеро тарханов, стоявших у помоста, ринулись вниз.

Нар'каз затянул ремень щита туже. Кожа впилась в предплечье. Он обнажил меч, сошёл с помоста и встал во вторую шеренгу — у правого края, там, где щиты ходили сильнее всего.

Его заметили не сразу.

Кто-то сдвинулся в сторону. Кто-то прижал щит плотнее. Этого хватило. На несколько локтей строй снова стал ровным.

Светлые давили.

Их передние ряды стремительно редели, но задние подталкивали их вперёд. Упавшие уже не вставали. По ним шли свои же, не глядя вниз.

Слева ударил свет.

На миг всё стало белым: щиты, копья, лица под забралами. Кто-то вскрикнул. Заклинание прошло по краю строя и задело обе стороны — тёмных и светлых сразу.

Потом снова налетел ветер.

Не такой, как первый удар, слабо, рвано, будто магу не хватило дыхания. Несколько нукеров пригнулись за щитами. Двух светлых швырнуло на своих.

Строй дрогнул — и снова сомкнулся.

Нар'каз бил.

Меч увяз в чужом щите. Нар'каз рванул его на себя, высвободил и ударил снова — коротко, без замаха. Под сапогом хрустнуло сломанное древко. Он едва не поскользнулся, упёрся плечом в щит соседа и удержался. Крови на камне стало слишком много.