Книга Тень отступника, страница 61 – Артём Гармашов

Нар'миир не стал отступать.

Шагнул в удар, вдавил щит в дубинщика и рубанул тренировочным мечом снизу вверх. Тупое железо не рассекло кожу, зато вошло под рёбра с такой силой, что наёмник согнулся и захрипел.

Слева мелькнул наконечник копья.

Нар'миир ушёл вниз, почти на колено. Копьё прошло над скулой, задело кожу; по щеке сразу потекло горячее. Он поднялся рывком — и тут же встретил чужой меч.

Сталь ударила в дешёвое железо. Тренировочный клинок дрогнул, на кромке выскочила зазубрина.

Ещё удар. Ещё.

Мечник давил коротко, без злости, по-рабочему. Копейщик не давал уйти в сторону. Дубинщик, кашляя, уже поднимался у него за спиной.

Топор Нар'миир заметил поздно.

Щит он подставил почти наугад. Удар расколол дерево, кусок щита сорвало с ремня. Лезвие всё же достало грудь — не глубоко, но рубаха сразу намокла.

Нар'миир выругался сквозь зубы и ударил в ответ.

Не по корпусу. По колену.

Тупой клинок встретил сустав с глухим хрустом. Наёмник с топором рухнул на камни и больше не поднялся.

Остались трое.

Нар'миир отступил на шаг, чтобы не дать им сомкнуться. Под ногами скользнула вода из опрокинутой бочки — или кровь, он не понял. Мечник снова пошёл вперёд. Копьё держало его на расстоянии. Дубина ударила сбоку, потом ещё раз, заставляя закрываться остатком щита.

Он уже не дрался красиво. Только успевал закрываться, отходить, бить в ответ и снова уходить от копья, которое всё время искало лицо.

И тут дубина всё-таки достала.

Удар пришёлся в спину, ниже лопаток. Воздух вышибло из груди. Перед глазами на мгновение потемнело.

Тьма поднялась сразу.

Нар'миир не звал её. Она сама рванулась наружу вместе с болью и сбитым дыханием.

По двору прошёл холод.

Наёмники замерли — на полшага, на вдох, на движение руки. Этого хватило. Копейщик выронил древко. Дубинщик отступил, зацепился пяткой за камень и сел на землю. Мечник застыл с поднятым клинком; глаза у него расширились, дыхание сбилось.

Нар'миир сжал зубы. Ещё немного — и Тьма ударила бы по-настоящему. Он втянул воздух сквозь зубы и удержал Тьму у самого края.

Холод ещё стоял вокруг него, но дальше не пошёл. Дрогнул, осел, будто нехотя, и остался где-то под рёбрами.

Наёмники зашевелились. Бой ещё не кончился.

Нар'миир ударил первым.

Тренировочный меч пришёлся по запястью мечника. Кость хрустнула, клинок выпал на камни. Копейщик потянулся к древку — Нар'миир ударил его в челюсть, и тот рухнул боком. Дубинщик вскочил, замахнулся, но не успел: тупое железо вошло ему в грудь, отбросив на бочку с водой.

Бочка опрокинулась. Вода пошла по камням, смешиваясь с кровью и пылью.

Нар'миир отбросил тренировочный меч и в два шага оказался рядом с мечником. Его собственный клинок всё ещё торчал у того за поясом.

Он выдернул меч. Сталь легла в ладонь как надо.

Наёмник лежал на спине и тяжело дышал. Нар'миир приставил остриё к его горлу.

— Чья была мысль?

— Хозяина, — выдохнул тот. Голос хрипел, но страха в нём не было. — Проверка.

— Какая ещё проверка?

— Как дерёшься без своего оружия. Как держишь удар. Что сделаешь, если прижмут, — наёмник сглотнул. Остриё чуть продавило кожу. — Владеешь ли магией.

Нар'миир смотрел на него несколько секунд. Потом убрал меч от горла. Ярость внутри была горячей, простой. Не Тьма. Хуже — потому что её хотелось выпустить самому.