Книга Календарь убийцы, страница 104 – Изабелла Мальдонадо

Дани предприняла еще одну попытку пробить его напускную внешнюю оболочку спокойствия.

— Вот почему все эти убийства были совершены так, что на месте преступления не было обнаружено абсолютно никаких улик, – сказала она. – На самом деле я хорошо помню нашу первую встречу. Вы тогда сказали мне, что на всех местах преступления не было оставлено никакого «существенного» криминалистического материала. Сперва мы решили, что это связано с тем скандалом, который разразился в вашей лаборатории несколько лет назад, однако теперь становится очевидно, что же произошло на самом деле. – Дани перевесилась через стол, вторгаясь в личное пространство Хоуэлла. – Вы ведь несколько раз облажались, наследив на месте преступления, не так ли? Впрочем, чему тут удивляться – всем свойственно ошибаться. Иногда вам приходилось подчищать за собой. – Она помолчала, дав этому обвинению зависнуть в воздухе, после чего задала ключевой вопрос: – Когда мы проверим архивы, сколько раз мы обнаружим, что исследованием улик занимались именно вы?

Хоуэлл сплел пальцы.

— Я уже много раз повторял вам: я возглавляю лабораторию. Моя работа заключается в том, чтобы проводить выборочные проверки. Не сомневаюсь, за долгие годы в архивах накопились сотни анализов вещественных улик, к которым я приложил руку. Быть может, тысячи.

У него был готов ответ на все.

— Вы сказали мне, что я задержан по обвинению в похищении и покушении на убийство, – продолжал Хоуэлл. – Когда мой адвокат закончит, вы будете почитать за счастье, если против вас останется только обвинение в превышении служебных полномочий и нанесении телесных повреждений.

— Вы порезали Глории горло, – напомнил Флинт. – Еще один миллиметр – и она бы…

— Это произошло случайно, – перебил его Хоуэлл. – Полагаю, любой судья, любая коллегия присяжных поймут, что у каждого человека дрогнет рука, когда на него направлен пистолет. – Он смерил Дани оценивающим взглядом. – И, полагаю, присяжные из числа обычных граждан будут склонны вынести решение в мою пользу, если я подам иск к ФБР за нарушение моих прав. Во-первых, имело место неправомерное применение силы, а еще вы пытаетесь сделать из меня козла отпущения, обвинив в преступлениях, которые я не совершал.

— Как вы сами проделали с Очоа? – напомнила Дани.

Хоуэлл не заглотил наживку.

— Я до сих пор не связался со своим адвокатом лишь потому, что мне нечего скрывать. С вами я разговариваю, потому что сам захотел. Однако я уверен в том, что, когда я позвоню ей, она добьется ускоренного рассмотрения дела в суде и позаботится о том, чтобы залог оказался приемлемым.

Казалось, он был слишком умен для этого – однако только что открытым текстом выложил свой план отступления. Представ перед судьей, его адвокат объяснит, что в настоящий момент единственное обвинение против ее подзащитного – это досадное недоразумение вкупе с чрезмерной реакцией со стороны Дани. Судья учтет место работы Хоуэлла и его безупречную характеристику и назначит залог, который Хоуэлл сможет внести без труда. Даже если судья ограничит ему свободу передвижения, он успеет сбежать в страну, с которой нет соглашения о выдаче подозреваемых, до того, как удастся собрать достаточно доказательств, чтобы предъявить ему обвинение хотя бы в одном убийстве.