Книга Искатель, 2012 №4, страница 110 – Александр Юдин, Варвара Клюева, Иван Белогорохов, и др.

Впервые за время аудиенции принцесса проявила какую-то заинтересованность.

— Что за вещица? — спросила она.

— Золотой жезл довольно тонкой, хотя и старинной работы. Но под условием, что я при первой возможности непременно передам оный вам, дочери его любезного брата Фомы, в качестве, как он изволил выразиться, скромного вклада в ваше приданое.

— Неужели?

— Да, ваше высочество. Вот доподлинные слова их императорского величества: «Отдай его, Микеле, моей малолетней племяннице Софии...».

— Софии? — с легкой усмешкой прервала его принцесса. — Так прямо и сказал?

— Ах, простите, ваше высочество! — смутился магистр. — Разумеется, Константин Драгаш знал вас как Зою, это уж после, здесь, вы изволили переменить имя...

— Почему же вы пришли ко мне только сейчас? — вновь прервала его Зоя-София.

— После падения града Константина я был схвачен и долгие годы провел в османском плену, — развел руками Майкл. — Лишь недавно моим родственникам удалось собрать сумму, необходимую для выкупа.

— И там, в плену, вы сумели сохранить этот жезл? Говорите, он золотой?

— Как можно! — воскликнул магистр. — То естьжезл-то золотой. Просто когда турки ворвались в Город, я успел припрятать его в надежном месте. А после освобождения достал.

— Ну вот что, любезный, — сурово произнесла София, — если вы сейчас же не скажете, что вам действительно от меня надо, я велю вас прогнать.

— Но я же только что объяснил вашему высочеству... — начал Майкл.

— Я родилась через полтора года после гибели дяди!

Старый малефик хлопнул себя по лбу.

— Простите меня, ваше высочество! Совсем запутался во временах и в именах. Увы, таков удел вечных бродяг. Ладно, вижу, девушка вы весьма разумная, а потому выскажусь начистоту: мне известно, что уже завтра вы отбываете на Русь, к своему жениху. Так вот, я хочу, чтобы сей символ Ромейской империи, — он указал на футляр, — хранился бы там, в Москве.

— Почему?

— Потому, — тихо произнес Майкл Скотт, — что там теперь Третий Рим.

София Палеолог надолго задумалась, а потом кивнула:

— Быть по сему.

Магистр толкнул Алексея в спину, и тот шагнул к принцессе, протягивая футляр с Талисманом Империи.

София взяла футляр, открыла бархатную крышку и долго смотрела на Мааттирс. Наконец отложила его в сторону и протянула руку к самому носу мальчика. Ал посмотрел на пухлую, бледную ладонь и с недоумением поднял взгляд. Глаза девушки сверкнули.

— Простите его, ваше высочество. — Магистр со значением постучал себе по лбу пальцем. — Мой паж... глухонемой.

Принцесса улыбнулась и сочувственно погладила Алексея по голове.

Когда Майкл с Алом покинули дворец, светила полная Луна. Они вышли на огромную круглую площадь, в центре которой торчал какой-то обелиск.

— Идеально! — оглядываясь и потирая руки, воскликнул малефик. — И время и место — все просто идеально! Тут я, пожалуй, обойдусь без «пыли веков» и «воды Стикса».

Он схватил мальчика за плечи, и они бегом направились к обелиску. Там магистр очертил круг, втолкнул в него Ала и бросил ему узелок с одеждой.

— На-ка, переоденься в свое прежнее, а то родители не узнают. Спасибо тебе, Ал! И прощай. Впрочем, как знать?

Майкл Скотт поднял посох...

— ...когда же Константин Одиннадцатый понял, что империя погибла, он сорвал с себя знаки отличия и, обнажив меч, кинулся в самую гущу захватчиков. Больше его никто не видел. — Гид вытер вспотевший лоб платком. — Наша экскурсия закончена, друзья. Желающие могут пройти в Айя-Софию для самостоятельного осмотра.