Книга Искатель, 2012 №1, страница 11 – Александр Юдин, Евгений Константинов, Владимир Гусев, и др.

— С Рождеством! — воскликнул Томас и из-под плеча своего друга подставил ему под самый нос коробку с калькулятором.

— Спасибо, — сказал Лео. — Привет, Том! Посмотри, что это такое?

Томас глянул под ноги и онемел. На снегу валялись три стодолларовые бумажки. Он нагнулся и хотел было взять их, но Лео остановил его.

— Подожди, Том! Не трогай ничего руками! Может быть, вызвать полицию?

— Полиция должна очень заинтересоваться денежным дождем, который постоянно идет в нашем банке и его окрестностях, — согласился Томас. — Правда, на этот раз сумма что-то уж очень скромная.

— Послушай, не шути. Я тебе говорю — нельзя ничего трогать и надо вызвать полицию!

Томас взглянул на белое как мел лицо своего друга и посерьезнел.

— Может быть, сначала войдем внутрь? Представляешь, если в банке все в порядке? Мы тогда войдем в историю своего города на вечные времена! Найти на улице триста долларов и вызвать из-за этого полицию!

Поколебавшись, Лео последовал за Томасом к двери. Оба пристально смотрели себе под ноги. Снег не шел уже два дня, а дворник так старательно скреб асфальтовую дорожку, ведущую к дверям под вывеской «Бета-банк», что никаких следов на ней разглядеть было невозможно. Дверь была тщательно заперта, Томас достал ключи и осторожно открыл ее.

В холле на первый взгляд было все в порядке. Но когда они вошли в кабинет Томаса, сейф, новейший сейф последней конструкции, со сверхнадежными замками, защищенный сигнализацией и всякими тайными ловушками, был открыт и опустошен. Там не осталось ни единого доллара.

— Нет, нет, это совершенно исключено, — говорил, с трудом сдерживаясь, Томас. Он нервничал, а это случалось с ним довольно редко. — Ключ от сейфа я перед отъездом сдал в полицейский участок и не расставался с другими ключами ни на одну секунду. Понимаете? Это не преувеличение. Ни на секунду! — Он указал на свой пиджак, лежавший на столе у комиссара полиции. Все уже успели изучить хитроумное приспособление, придуманное самим Томасом и позволявшее носить связку ключей так, что потерять их можно было только вместе с пиджаком. Украсть ключи можно было, только разрезав в нескольких местах ткань, которая была совершенно целой.

Комиссар, которому Томас очень нравился, устало сказал:

— Хорошо. Давайте поговорим спокойно. Вы можете говорить со мной без всяких колебаний — мы получили из Нью-Йорка по факсу результаты работы своих коллег, и ваше алиби доказано полностью. Ограбление могло произойти только в субботу вечером — утром банк полдня работал, в ночь с субботы на воскресенье, в воскресенье днем и в ночь с воскресенья на понедельник. Весь день в субботу вы бегали с друзьями по магазинам, по ходу дела встречались с другими друзьями. Ночью вы засиделись с хозяевами дома, где вы гостили, почти до трех часов утра и встретились с ними же за завтраком в восемь. Вас видели и слуги, так что сговор исключен. В воскресенье вас опять видели то здесь, то там весь день, а в отеле подтвердили, что вы уехали около девяти. Хотя вы с дядей приехали домой очень поздно, несколько соседей видели вас и слышали приветственный лай собак. Ночью у вашего дяди была бессонница, он уверяет, что не мог бы не услышать, если бы вы вышли из дома. Но дело даже не в этом. Дело в том, что по нашей собственной инициативе, по причинам, которые вас не касаются, мы попросили полицейский патруль присматривать за домом, который практически соседствует с вашим. Полицейскому почудилось там ночью подозрительное движение, и он не спускал с дома глаз. Так вот: он ручается за то, что вы не могли незаметно выскользнуть из дома и уехать в банк. Это исключено.