Книга Искатель, 2012 №1, страница 14 – Александр Юдин, Евгений Константинов, Владимир Гусев, и др.

Томас поднялся и, ссутулившись, пошел к двери.

— Скажите, — с любопытством спросил комиссар, — а какой же шифр вы придумали для сейфа?

Томас грустно усмехнулся.

— Это было самое любимое и счастливое слово нашей семьи, — сказал он. — «Дюжина».

— Очень мило, — говорила за ужином мать Томаса, — значит, ты не мог этого сделать, потому что у тебя не было ключа от сейфа, который ты сдал в полицию, и потому что ты безотлучно находился в Нью-Йорке. Никакой другой сотрудник банка тоже не мог этого сделать, потому что не знал шифра сейфа. Никто посторонний не мог этого сделать, потому что он вообще ничего не знал. Значит, чудеса все-таки бывают.

Дядя Том тревожно смотрел на племянника и на тарелку с едой, к которой тот не притронулся.

— Я действительно не могу понять, в чем здесь дело, — с трудом выговорил Томас, который днем, уступая настояниям дяди, впервые выпил две таблетки снотворного и теперь, после трехчасового сна, который нисколько его не освежил, чувствовал себя отвратительно. — Что теперь будет?

— Ты останешься без работы, — сказала его мать, всегда склонная предполагать самое худшее. Кроме того, она никогда не могла понять, насколько высоки способности Томаса, и считала его должность в банке, отличную зарплату и то обстоятельство, что его чрезвычайно высоко ценят, каким-то непонятным недоразумением, которое того и гляди разъяснится.

— Ничего, мы это как-нибудь переживем, — сказал дядя Том. — Скажи, Томми, а у вас были переписаны номера купюр?

Томас покачал головой.

— Нет, мы этого не делали. На деньгах нет защиты. Полиция переписала серийные номера тех купюр, которые были найдены на снегу — ты ведь знаешь, потом нашли еще две купюры, и все они оказались одной серии. Полиция разослала сообщения о том, чтобы обращать внимание на деньги такой серии, но это почти безнадежное дело. Найденные купюры имели характерный излом, и полиция считает, что их выронили, когда выносили из банка, из какой-то емкости с жестким краем — например, из чемодана.

— Вывезти деньги из города ведь нельзя?

Томас опять покачал головой.

— Совершенно невозможно. Полиция проверяет и вокзал, и каждую машину на шоссе. Ты себе представляешь, сколько места займет такая сумма? Особенно если учесть, что купюры были разного достоинства. Так что и припрятать их довольно сложно. Найдут, — однако уверенности в его голосе не было, и дядя Том тоже явно не был убежден в этом.

— Кто сказал им, что деньги еще в городе? — заметил он. — Ведь они сами говорят, что ограбление могло произойти в субботу вечером, и деньги могли вывезти тогда же.

— Если только их везли поездом, — усомнился Томас. — А это вряд ли — сумма слишком серьезная. Грабители ведь не могли знать, что какая-нибудь случайность не поможет полиции обнаружить ограбление сразу же, так что поездом они не рискнули бы поехать. А в машине деньги могут и найти. Ведь дороги-то перекрыли не только у нас, а даже в соседних штатах. Они просто не успели бы уехать так далеко. Но ты прав — если бы их можно было найти, их уже нашли бы...

Оба Томаса оказались правы. Прошло несколько месяцев, но никакого следа исчезнувших денег нигде обнаружено не было. Директор банка, отчаявшись, заявил, что через несколько месяцев банк придется закрыть. Если деньги не найдутся, другого выхода просто не будет — начнется выплата клиентам вкладов из уставного фонда. Компания, поставившая сейф, выразила свое сожаление, но не несла никакой ответственности, поскольку сейф и сигнализация вскрыты не были, а кто сумел разузнать пароль и достать ключ — это уже дело не их, а полиции.