Книга Аморальные, страница 40 – Алайна Салах

— Ты, блядь, со своим нытьём ещё меня переживёшь, — успокаиваю. — Я как к тебе приезжаю, по три года жизни разом теряю. И не ссы, если окочуришься — домработница мне сразу наберёт.

Эмма, вижу, головой осуждающе качает: мол, нельзя так с матерью говорить. Но ей-то, блядь, легко рассуждать — её мамаша спилась давно и не отсвечивает.

— Какой же ты грубый. Весь в отца… Вот если бы у меня дочка родилась, была бы хоть опора, — маманя всхлипывает. — Приезжала бы ко мне, звонила каждый день.

— Да тебе не дочь нужна, а сиделка, которая сопли тебе подтирать будет. Такое только за бабки. Остальным, думаешь, делать нехер, чтобы на телефоне сутками с тобой висеть и через весь город кататься?

— Скажи, пожалуйста, какие у тебя такие важные дела были после работы, что ты мой звонок сбросил? — маманя ощеривается. — С Эриком водку глушить?

— С братом я сводным встречался.

Я бы в другой раз, может, промолчал, но тут уж до хуя взбесила и само вывалилось. Один раз она мне набрала, когда я запой после Дианки ушёл и лыко не вязал, и всё — нашла теперь повод для подъёбки. Живёт, блядь, за мой счёт, ещё нервы мотает и кусать пытается.

Маманя на пару секунд заткнулась, а потом как взвоет сиреной.

— Ты совсем с ума сошёл?! Тебе любого выблядка за брата выдадут, а ты, дурачок, уши и развесил. Какой ещё брат?! Кто тебе про него рассказал?

— Батя на свиданке. Всё, завязывай голосить.

— Костя, ты трубку не клади и меня послушай! Они все тебя обворовать хотят! Видят, что ты при деньгах! Всех их на хер шли!

Я морщусь и мобильнику от уха отдираю, пока мать продолжает орать:

— От кого он хоть?! От той шлюхи небось базарной Эльки? Эта сучка ушлая вечно жопой перед мужиками крутила!

Эмма подходит и по башке меня гладит. Я вызов скидываю и со вздохом ей лбом в сиськи тычусь.

— А ты вечно говоришь, что с ней помягче надо. Вон, блядь, как визжит, и похуй на давление. Маманя у меня — та ещё сучара, когда не прикидывается. Так что нехер её жалеть.

— Здорово, — говорю, как голос Аслана в трубке слышу. — А ты чего вечно запыханный-то?

— В каком смысле?

Блядь, реально я на фоне этого бастарда — сама обходительность. Ни здрасьте тебе с утра, нихуя.

— Дышишь, говорю, шумно. И в прошлый раз я тебе звонил, тоже разговаривал, как будто только что за испанцев на чемпионате мира гонял.

— Не, у меня сейчас тренировка просто круговая. А почему сразу за испанцев? Я за Португалию болею.

— Ну и зря. Выебут их. И никакой Криштиану не спасёт.

— Ладно, понял. Что-то случилось или просто так звонишь?

— Ебать ты деловой, — ржу. — По твоему интересу звоню. Объект есть пиздатый, отделка под ключ нужна. Когда подскочить сможешь?

— Так, ну давай сейчас с тренировкой закончу и выдвигаюсь. Адрес назовёшь?

Вот, блядь, если бы на предложение бабла срубить все так чётко реагировали, в стране бы лучше жилось, отвечаю.

Я сколько хуеплётов встречал, которые ноют, что бабок нет, а как им реальную возможность заработать подсовываешь, тут же заднюю врубают. «А чего, а где, а расскажи, а не наебешь, а точно выгорит?» И потом отмазки по списку: то времени нет, то сыкотно, то идея говно.

Суть вся в том, что бабок они хотят, а посуетиться — нихуя. Вон работяги у меня — попробуй их в выходной дернуть. Единицы на говно не изойдутся. Зато в курилке вечно пиздят, что мы с Эриком — буржуи охуевшие. А то, что я, блядь, десять лет назад своими руками крысиное говно с завода выгребал и в кредиты залезал, чтобы бабок на оборудование надыбать — это похуй.