Книга Мама для дочки бирюка, страница 29 – Елена Архипова

— Так Аська. Внучка её! — женщина даже приосанилась, поняв, что сообщает последние новости той, кто и сама много чего про всех знала. — Сегодня вот как раз только и приехала из города.

— Сегодня, говоришь, приехала, — переспросила, задумчиво разглядывая пигалицу.

Яркое желтое платье, что блондинка сняла с веревки, Любка узнала бы из тысяч других. Это платье было надето на Таньке, когда она стояла и глазела через щель в заборе на озеро.

— Ну так я и знала, что эта пузатая мелочь здесь! — процедила сквозь зубы Любаня, поднялась со скамейки и, резко сменив маршрут следования, двинулась к забору Антиповны. О том, что её слова слышала тетка Зина, она в этот момент как-то не подумала.

Сплетни по-любому пойдут по деревне, а вот какие — это уже другой разговор. И Люба ринулась биться за право вернуть себе прежнее теплое местечко рядом с Павлом.

— Ой, так, значит, это Вы Танечку с пляжа забрали, да? — пропела елейным голоском, входя во двор к Антиповне. — А я прибежала на пляж, бегаю, ищу, а мне говорят, что блондинка забрала. А что за блондинка, кто такая, откуда, куда повела — и не знает никто! Ох, ну и напугали же Вы нас с Павликом! Вы, значит, и есть внучка Марии Антиповны, да?

Ася от неожиданности растерялась. Рассматривала пышнотелую самоуверенную дамочку, слушала её и молчала.

То, что перед ней та самая горе-няня, девушка догадалась.

“Да уж, Павел Петрович, не той головой Вы думали, когда дамочку на работу-то нанимали! — усмехнулась мысленно. — Ой, не той!”

Под ложечкой неприятно засосало — на фоне яркой и пышногрудой красавицы сама Ася выглядела бледной и плоской. Девушке стало почему-то неприятно — Павел не был похож на героя-любовника, кидающегося на всё подряд.

С другой стороны, он одинокий, здоровый, в самом расцвете лет мужчина. Кто ж устоит против такой красавицы, особенно если она сама откровенно не прочь расширить круг своих обязанностей.

А то, что дама была не просто не прочь, а очень даже “за” — кричал весь её внешний вид. Няни вот так на работу не одеваются.

А незваную гостью уже несло:

— Пока я ей кашку варила, Танечка улизнула. Вот же маленькая непоседа! — Любка фальшиво рассмеялась и, изобразив в голосе заботу, продолжила: — Хорошо, что Вы девочку от воды забрали. У неё кашель, ей нельзя купаться. Ведь знает, что нельзя, но все равно сбегает к воде. Дети, они такие дети, правда?

— Ну да, ну да, — первое оцепенение прошло, и Ася поддакнула, давая хитрой бабенке самой закопать себя поглубже.

— Хотя у Вас же нет своих детей, да? Откуда Вам знать-то, да? Вы не обращайте на меня внимания, это я от волнения столько говорю! Полдеревни оббегала, а, оказывается, она у вас всё это время сидела. Вот коза-егоза! — Любка театрально обмахнулась ручкой и вздохнула: — Ох, ну и жарища сегодня стоит.

— Да, жарко.

— Танечка у нас удивительно непоседливая девочка! И в кого она только такая? Мы с её отцом оба спокойные, а она вот такая шустраяу нас уродилась.

Ася, отвлекаясь от той ереси, что несла самоуверенная женщина, посмотрела на небо, которое всё сильнее затягивало тяжелыми свинцовыми тучами.

В воздухе уже вовсю пахло грозой, где-то в отдалении погромыхивало, и там же пару раз сверкнула молния. Подумала, глядя на небо: “Господи, дай мне сил не прибить эту идиотку”.