Книга Измена. Срок годности, страница 16 – Галина Колоскова

— Что ты делаешь, Рита? — шепчу своему отражению. — Зачем ты это делаешь?

Отражение молчит. Оно такое же растерянное, как я.

Утро приносит работу. Новый заказ — трёшка на Фрунзенской, солидный бюджет, серьёзные клиенты. Я ныряю в него с головой, чтобы не думать. Встречи, обмеры, эскизы, согласования. Двенадцать часов в день, без выходных.

Демид появляется реже. То ли занят, то ли чувствует, что мне нужно пространство. Но сообщения пишет каждый вечер. Короткие, сухие:

«Как дела?»

«Ела сегодня?»

«Не засиживайся».

Я отвечаю так же коротко. Но внутри считаю минуты до этих сообщений.

— Ты влюбилась, — констатирует Наташа, когда я в очередной раз отвлекаюсь на телефон при ней.

— Нет.

— Рит, я тебя двадцать лет знаю. У тебя глаза горят.

— Это работа.

— Ага. Работа, которая пишет тебе каждый вечер.

Я отмахиваюсь. Но она права. И это пугает больше всего.

Вечером пятницы заканчиваю объект раньше обычного. Сижу в студии, смотрю в стену и понимаю, что не хочу быть одна. Что хочу услышать его голос. Увидеть его.

Набираю сообщение:

«Ты занят?»

Ответ приходит через минуту:

«Нет. Что случилось?»

«Ничего. Просто... не хочу быть одна. Если можешь, приезжай».

Пишу и сразу жалею. Что я делаю? Зачем? Но это не свидание, а дружеская поддержка. Да?

Через полчаса он стоит в дверях. В джинсах, в тёплом свитере, с пакетом вина и коробкой пиццы.

— Подумал, что ты голодная, — проходит внутрь.

Я смотрю на него и чувствую, как внутри разливается тепло. Простое, человеческое тепло. Без надрыва. Без ожиданий. Просто — он здесь рядом.

— Спасибо.

— Не за что.

Мы сидим на подоконнике, пьём вино, едим пиццу и молчим, понимая друг друга без слов, они кажутся лишними.

— Ты красивая, — говорит он вдруг.

Я замираю.

— Демид...

— Знаю. Не сейчас. Просто хотел, чтобы ты знала.

Он смотрит в окно. Я смотрю на него. И внутри что-то щёлкает. Не больно. Наоборот — так, будто давно сломанное встаёт на место.

— Я не готова, — шепчу.

— Я подожду.

Простые слова. Два слова. А в них — целая жизнь, которую он меня ждёт.

Ночью, лёжа на диване, я снова смотрю в потолок. Но теперь мысли не о прошлом. О будущем.

Может, оно есть у меня? Может, я не сломанная? Может, всё только начинается?

В эту ночь я засыпаю с улыбкой.

Месяц проходит в работе. В судах. Мы делим имущество. В бесконечных звонках адвокату. Андрей атакует с разных сторон — пишет сообщения, звонит с незнакомых номеров, присылает цветы в офис Наташи, потому что не знает моего адреса.

Я блокирую. Удаляю. Не отвечаю.

— Он не отстанет, — констатирует Елена Сергеевна. — Мужчины его типа не выносят, когда женщина уходит первой. Для него это удар по эго.

— Мне плевать на его эго.

— Ему не плевать на ваше. Будьте осторожны.

Я осторожна. Я просто живу.

В это утро у меня встреча с заказчицей в центре. Молодая пара, купили квартиру на Остоженке, хотят лофт с элементами классики. Я выбираю кафе рядом с их домом — светлое, с большими окнами, пахнет круассанами и дорогим кофе.

Заказчица опаздывает. Я пью латте, листаю ленту, делаю наброски в блокноте. За окном моросит дождь, но в зале тепло и уютно.

Звякает дверной колокольчик. Поднимаю глаза — и застываю.

Она.

Та самая девушка. Входит, оглядывается, замечает меня. На секунду замирает. Потом решительно идёт к моему столику.