Книга Загадочная история Аллана Уэйна, страница 21 – Рита Хоффман

— Но мы едва знакомы! – Я снова попытался разжать сдавившие мои плечи пальцы, но Александр не отпустил меня. – Ради бога, что вы устроили!.. И вы явно пьяны, лорд Томеску!

Я брезгливо поморщился. Устроенная Александром сцена выглядела комично, мне было так неловко за него, что хотелось немедленно отправиться в ванную и отмыться от этого позора.

Взгляд Александра застыл, несколько долгих мгновений он разглядывал что-то, а после вскочил и вихрем вылетел из дома. Я бросился за ним, но, оказавшись на крыльце, понял, что он уже исчез, растворился в густом предрассветном мареве. Опустив глаза, я увидел медальон, выскользнувший из-под ворота моей рубашки. Ощупав пальцами гравировку, я запер дверь и вернулся в дом.

Что за ночь!

Мне казалось, что здесь, в Нейквилле, ничего не будет происходить, что жизнь моя станет размеренной и понятной, как только я перееду, но вместо покоя на мою голову свалился Александр Томеску.

«Он безумен. Стоит спросить отца Паскаля, не страдает ли лорд душевными болезнями».

За дверью раздался вой. Вздрогнув, я по привычке схватился было за крест, но его на мне не оказалось. Вой повторился. Он стал куда громче и ближе.

«Просто собака. Аллан, тебе следует отдохнуть», – попытался успокоить себя я, пятясь к лестнице.

Странный скрежет и звон привлекли мое внимание. Затаив дыхание, я слушал, как на крыльце что-то скребется. Утробный рык заставил меня опомниться. Взлетев по лестнице, я ворвался в спальню и захлопнул дверь.

С меня хватит! Еще одна подобная ночь, и я просто сойду с ума!

Назло глупым страхам, обуявшим меня, я переоделся в пижаму и забрался в постель. Мне стоило большого труда заставить себя закрыть глаза, но сон не шел. Тогда я залпом допил остывший отвар, накрылся одеялом с головой, и лишь после этого Господь смилостивился и позволил мне уснуть.

Едва живой после долгого тяжелого сна, я решил не оставаться дома и отправился в церковь, чтобы помолиться и отвлечься от случившегося ночью.

Мне почти удалось успокоиться, наслаждаясь прохладным ветерком и бледными лучами солнца, но тревога вернулась, как только я заметил сгрудившихся у церкви людей. Еще не понимая, чем вызвано столпотворение, я прибавил шагу и буквально ворвался во двор. Прихожане расступались неохотно, до меня доносились всхлипы и шепот. Стало ясно, что людей сюда привело какое-то несчастье, и сердце мое сжалось, готовясь к худшему.

Неф был пуст, лишь отец Паскаль взволнованно расхаживал туда-сюда, меряя его шагами. Увидев меня, он остановился и резко спросил:

— Вы уже в курсе?

— Боюсь, что нет. – Пальцы сами собой потянулись к нательному кресту, найденному утром под кроватью. – Что произошло?

— Страшное, отец Уэйн. Присядьте, клянусь Богом, такого здесь еще не случалось.

Мы сели на скамью. Мое сердце заходилось от ужаса, потными ладонями я мял ткань брюк, пока отец Паскаль собирался с духом.

— Этой ночью погибли несколько человек. Пока известно о четырех жертвах, но констебли продолжают поиски, – отец Паскаль запнулся, – останков.

— Боже… – Горло пересохло, я будто наелся песка. – Как…

— Растерзаны. Словно диким зверем. Вы не заметили ничего странного прошлой ночью?

И снова этот взгляд! Острый, внимательный, совсем непохожий на тот, которым отец Паскаль смотрел на прихожан. Не мог же я рассказать, что провел часть ночи в компании Александра Томеску? К тому же это вряд ли имело отношение к делу.