Книга Загадочная история Аллана Уэйна, страница 24 – Рита Хоффман

— Вы верите в Бога, но не верите в то, что в мире может существовать что-то еще? Что-то темное, жестокое и…

— Люди веками верили в злых лесных духов и восстающих из могил покойников, но ведь мы знаем, что все это не более чем легенды и предрассудки, распространившиеся из-за невежества! – слишком резко выпалил я.

— Теперь вы точно считаете меня сумасшедшей. – Мари встала. – Знаете, а ведь мне показалось, что именно вам можно довериться. Я ошиблась. В очередной раз.

Не дождавшись ответа, она вышла из церкви. На скамье остался разорванный платок.

«Должно быть, легкая форма безумия передается у них в семье по линии отца», – решил я, подбирая обрывки ткани и поспешно пряча их в карман. Пальцы наткнулись на что-то хрупкое и колкое. Осторожно достав сухие соцветия, я подошел к окну, чтобы рассмотреть их.

— Сестра Лидия!

Старушка семенила мимо, явно собираясь покинуть церковь, но, услышав меня, остановилась и приподняла края широкополой черной шляпы.

— Отец Уэйн?

— Скажите, вам знакомы эти цветы?

На раскрытой ладони я протянул ей слегка помятые осыпающиеся шарики. Сестра Лидия едва взглянула на них.

— Это чеснок, – сказала она. – Цветы чеснока.

Нахмурившись, я переспросил:

— Вы уверены?

— Совершенно. Если не доверяете мне, сходите к миссис Питерс, она знает толк в травах. А если вам и этого покажется мало, загляните в библиотеку и спросите там справочник. – Сестра Лидия деловито поправила шляпу. – Но я уверена в том, что говорю.

Миссис Питерс… А ведь именно ее я обнял в самом начале проповеди. Не могла же она…

— Прошу прощения. Я доверяю вам, сестра Лидия, просто… Ужасный день. У всех нас.

— Будьте осторожны на улице, отец Уэйн. И запирайте окна. Одного из погибших растерзали прямо в постели.

Оставив меня с этим кошмарным фактом, сестра Лидия засеменила к выходу.

Боялся ли я темноты в детстве? Просил ли няню не гасить свет? Не помню. Но сейчас, торопливо направляясь к дому, я чувствовал растерянность и страх. За каждым поворотом мерещились тени, в каждом большом кусте – притаившийся зверь. Быть может, это его вой я слышал вчера? И именно он растерзал тех несчастных…

Мне не хватило духу дойти до центра города и разузнать, сколько было погибших и как, в конце концов, происшествие объясняют констебли. Я струсил. Не захотел погружаться в кровавый ужас ночи, бросил паству и скрылся за дверью дома, заперев ее на все замки.

Стыд. Какой стыд! Разве я не должен отправиться к семьям погибших и оказать им любую возможную помощь?

«Ты всегда был трусом, – голос отца звучал в голове, пока я торопливо запирал окна, – глупо было надеяться, что ты продолжишь мое дело. Я зря возлагал на тебя надежды».

— Я не обязан оправдывать твои надежды, – сквозь зубы ответил я невидимому собеседнику. Выругался, прищемив палец ставнями, зашипел и остановился. Прекратил бестолковую суету и постарался взять себя в руки.

«Такое случается. Порой в мире происходят ужасные события, и мне нужно быть готовым к ним. Какой-то сумасшедший убил несколько человек, констебли обязательно найдут его или вызовут подмогу из ближайшего крупного города. Успокойся, Аллан, богом тебя прошу!»

Я пробовал молиться, но библейские стихи слились в один и не приносили облегчения. Отчаянно путая слова, я снова и снова повторял их до тех пор, пока не перестал понимать смысл.