Книга Шпионское грузило, страница 61 – Лен Дейтон

— Только от мастеров завивки, — сказал Бернард.

— Куда ты дел ее?

— Но тебе же она, надеюсь, не нужна?

— Если я получаю от них открытки, значит, я могу рассчитывать на скидку, — объяснила Фиона.

— Она в мусорной корзинке. Прошу прощения.

Теперь она увидела ее. Со своего места на коврике она почти могла дотянуться до нее. Открытка лежала в мусорной корзинке вместе с пустой бутылкой из-под тоника «швепс» и мятой пачкой сигарет «Плейерс», которая могла принадлежать Брайану. Почтовая открытка была разорвана в клочки, словно Бернард чувствовал опасность, которую она несла с собой. Фиона решила не обращать на нее внимания, хотя первым ее импульсом было желание собрать воедино все клочки.

— Во всяком случае, — добавил Бернард, — ты же не собираешься в ближайшее время в Лондон, не так ли?

— Да, верно. — Она села на пол, подтянув под себя пятки, и, словно бы в растерянности, отпила чаю. — Я и забыла.

— Я сказал папе, что ты куда-то собиралась вечером. Он хотел пригласить меня на какую-то прощальную вечеринку в клубе и чтобы я потом с ним пообедал. Устраивает?

Она смогла лишь рассмеяться. После всех тревог, которые доставила ей организация тайной встречи с Бретом Ранселером этим вечером, она выясняет, что ее мужа практически не интересуют ее передвижения. Но, так или иначе, она сказала:

— Я должна поприсутствовать на ознакомительной встрече. Кто-то прибыл из Лондона.

Бернард уже почти не слушал ее. Обратившись к отцу, он сказал:

— Если там появится Фрэнк, я должен вернуть ему несколько книг, что у него одалживал.

— Фрэнк будет, — сказал отец. — Фрэнк любит вечеринки.

— Как жаль, что ты занята, дорогая, — сказал Бернард жене.

— На таких вечеринках куда веселее без жен, — с пониманием отозвалась Фиона.

— Еще выпьешь, папа? — спросил Бернард, поднимаясь.

Его отец покачал головой.

— Где вы будете обедать? — спросила жена.

— У тети Лизл, — не скрывая удовольствия, ответил Бернард. — Специально для нас она приготовит оленину. — Тетя Лизл владела отелем, который когда-то был ее домом. Брайан Сэмсон с семьей жил у нее по окончании войны. Это обиталище стало чем-то вроде втоporo дома для Бернарда, а старая тетя Лизл заменяла ему мать. Нескрываемое удовольствие Бернарда от пребывания в этом старом доме порой вызывало у Фионы опасения, которые она почувствовала и сейчас.

Склонившись над ней, Бернард поцеловал ее в макушку.

— Пока, любовь моя. Скорее всего, я буду поздно. — Выходя вместе с отцом, он сказал, словно бы напомнив самому себе: — Я должен не забыть прихватить цветы для Лизл. Она любит цветы.

Услышав, как за двумя мужчинами захлопнулась входная дверь, Фиона, откинув голову на изголовье кресла, прикрыла глаза. Конечно же цветы предназначались не для нее: как только ей это могло прийти в голову? Цветы были для той ужасной старухи, в осуждение которой Бернард не хотел слышать ни слова.

Порой Бернард бывал архитипичным самоуверенным представителем мужского пола. Ее присутствие он считал чем-то само собой разумеющимся. Он не скрывал удовольствия от возможности провести вечер со своим отцом и его приятелями, которые будут выпивать и рассказывать свои бесконечные истории. Истории о тайных агентах и рискованных операциях, естественно сильно преувеличенные под влиянием времени и вечерней выпивки.