Книга Книга Фейшеса, страница 51 – Жауме Кабре

— В таком случае вам нужен доверенный человек, который вас проконсультирует. В хитросплетении нитей немудрено запутаться.

— Еще чаю?

Он отказался, а Мерсе Ригау поделилась с ним своими мыслями, цедя слова, словно они были осязаемыми.

— В конце концов, если я способна управлять этим домом, – она указала на обитые тканью стены гостиной, где стояла торжественная тишина, – то смогу чувствовать себя уверенно и на фабрике, ну конечно, не среди станков.

Сеньор Казес воздержался от комментариев, взял чистый лист бумаги и, для ясности модулируя интонацию, изложил сеньорите непреложный факт: иметь решающий голос – значит контролировать больше акций, чем у других, понимаете? А это при текущем раскладе может только сеньор Ригау, глава Акционерного общества, если только… если она не заключит союз с другими крупными акционерами и не возьмет верх на заседании совета.

Сеньорита Ригау погладила изумруд, пахнущий нафталином, приподняла брови и перешла на доверительный тон: она отмела депутата Аладерна, слишком близкого к Жулиа; поколебалась насчет кузена из Реуса по имени Жуан Канела – тот был непредсказуем, и умолкла, когда очередь дошла до Энрика Турмеды, законного держателя пакета акций, принадлежащего Аделе. Нотариус нетерпеливо, поскольку уже пробило одиннадцать, осведомился:

— Сеньор Турмеда легко подчиняется воле вашего брата?

— Вовсе нет, никогда, – ответила она после паузы.

— Тогда он ваш человек.

Сеньорита Ригау сморщила нос, нахмурила брови, снова погладила изумруд, взяла чашку и тут же ее поставила. Нотариус понял, что в этом семействе все неспокойно; ему не хотелось, чтобы в дела профессиональной важности вторгались семейные драмы, и, сделав вид, что не замечает ее колебаний, он повторил свой совет, слегка его дополнив: войти в коалицию с господином Турмедой и господином Канелой. Любой ценой.

— Нет другого выхода?

— Никакого. Можете действовать без колебаний. С вашего позволения.

Крестный путь Мерсе Ригау длился всю ночь, полную душевных терзаний. Если не отступать, придется просить помощи у Энрика. Хуже всего, что Энрик будет в восторге от возможности подставить дядюшке подножку. Однако ей отнюдь не хотелось, чтобы виновником падения Жулиа был именно этот тип… Настолько запутанный парадокс Мерсе разрешить не могла. Не раз она думала все бросить, но ужас перед выходками брата помогал ей держаться за свою идею. Перед уходом сеньор Казес еще раз повторил, что не хочет вмешиваться в семейные дела, но слышал, что Энрик – хороший юрист и можно положиться на его компетентность. И все же такое решение было ей совсем не по душе. Разумеется, если все хорошо организовать и как-нибудь связать этого типа по рукам и ногам… Да, это могло сработать. Однако нужно готовить все неспешно, с большим запасом времени, чтобы не оступиться. Первым делом она поручила нотариусу Казесу передать весточку дорогому кузену Жуану Канеле в Реус – давно ничего о тебе не слыхала, милый Жуан, что нового? – ясно давая понять, что оказать ей поддержку на следующем заседании совета директоров будет ему очень выгодно, и настоять, чтобы он присутствовал, дабы она могла выразить свою благодарность, и что на днях надо бы встретиться и все обсудить, и главное – осторожность, милый Жуан, никому ни слова, даже жене. И, ожидая ответа, она искала способ оттянуть неизбежный разговор с этим типом. И устояла перед соблазном рассказать все милой Мадронушке. Неосторожность в последнюю минуту могла все пустить насмарку. Как бы ни было тяжело, положиться на Мадронушку в таком деле она не могла. Та бы перепугалась до смерти. В нынешнем положении Мерсе не могла доверять никому. Даже воздуху, которым дышала. И да простит ее патер Висенс.